Дочь Обратной Стороны

– Вали за своё дерево и смотри мне: одна нога здесь, другая там!   

         - А ты подсматривать не будешь? – в зелёных глазах Витты плясали весёлые бесенята. И куда только делась её усталость?

      Каждый раз, отлучаясь по своим девчачьим делам, Вита задавала этот вопрос. Очевидно, наглая девчонка вознамерилась довести меня до белого каления. Я сплюнул в снег и отвернулся. Через секунду я услышал смех резво уносящейся за дерево девушки.

      Не успел затихнуть смех скрывшейся Виты, как с противоположной стороны, оттуда, куда направился Корин, раздался крик. Я вздрогнул, как ужаленный. Кричал Корин. Ругнувшись под нос, я рявкнул:

       - Вита, а ну быстро натягивай трусы и дуй сюда! Живо!

       - Я ещё не закончила! – жалобно отозвалась из-за дерева девочка.

       - Потом… закончишь, - я плавным движением потянулся за висящим за спиной на перевязи мечом.

В спящем лесу я не торопился прибегать к каким-либо заклинаниям. В том числе невидимости. Не буди лихо, пока спит тихо. А Корин вот, похоже, разбудил.

       Вонзив клинок остриём в снег, я замер, «прислушиваясь» к лесу. Но чутьё Ходящего молчало, спало таким же мёртвым сном, что и лес. Опасности я не почувствовал. Немного успокоившись, я напряжённо всматривался в стену деревьев, пытаясь различить среди стволов фигурку юноши.

За спиной послышалась лёгкая поступь – Вита.

      - Что происходит? – голос девочки выдал её испуг. – Не хотелось бы второго дубля, знаешь! 

      - Тихо, - я прислушался. – Кто-то идёт к нам. Похоже на шаги Корина. Но на всякий случай стой там, где стоишь и….

        -Знаю, знаю – не беги и не путайся под ногами!

         - Умница, прямо в точку.

        Мои опасения оказались напрасными.

На дорогу, проваливаясь по щиколотку в снег, выбежал Корин. Глаза юноши были круглыми как у филина. Он, с ходу захлёбываясь от распирающего его потока слов, доложил:

        - Проклятье, вы не поверите, что я нашёл! Это надо видеть!.. Честно! Там ТАКОЕ… Ты не поверишь, Эрик! Пойдёмте скорее…

        Я едва сдержался, чтобы не отвесить паршивцу подзатыльника.