Бабушки - не то, чем они кажутся

Тем временем, прилавок у старушки остался без присмотра. Она исчезла в дверях метрополитена. Зайдя туда минутой раньше, мы бы могли увидеть, как она дрожащими пальцами погружает купюру в купюроприемник второго слева аппарата. Сначала выпадает звонкая сдача, потом, вместо привычного жетончика падает пластиковая карта. Охранник метрополитена с усталым пропитым лицом, спокойно подходит к старушке, что-то шепчет ей на ухо и ведет в зону проверки багажа за зеркальным стеклом. Спустя минуту он выходит оттуда один, держа в руках котиковую шапку, по привычке идет к аппарату и кладет себе сдачу в карман.

Возле аппарата его как всегда ждет бородатый мальчик, сверкая золотым клыком. Охранник молча передает шапку таджику и возвращается на свой пост.

Зевает. Пятница. Рутина. Приелось.

В квартире было темно и пахло чем-то трудноразличимым. Черный кот, с белым пятном на морде, сидел все на том же углу дивана что и утром, но на стенах появились новые следы когтей, где-то обои были оторваны шматами, а огрызки от них разметало по всей комнате, вперемешку с домашними шортами и носками.

А Бес, которому его кличка крайне шла, как вы уже успели понять, просто урчал с довольным прищуром. Из туалета на всю квартиру разносился мерзкий запах мокрых опилок. Будни…

Марк вздохнул, переоделся, пнул кота, сновавшего у ног в надежде на кормежку. Затем он достал из холодильника банку пива и решил принять очередную дозу ежевечерней видео-деградации из сети. Обзоры, реакции, челленджи — плевать. Лишь бы из головы вымыло бессмысленность прошедшей недели с ее бесконечными планами, отчетами и неадекватами в телефонной трубке.

Интернет заменил Марку кабельное, дал возможность следить за тем, что сейчас интересует молодежь. Дал возможность залезть в головы к тем, кто только родился в ту пору, когда он искал презервативы в подсобке спортзала на выпускном. А что бы было, если бы он их тогда не нашел? Именно этим бы интересовались его дети. Жуть. Такая вот получилась проекция не свершившегося будущего… или настоящего. Время в его голове перестало быть линейным, превратившись в бесконечные вариации того «кем бы он мог стать, если…»

Экран вещал ему о том, что девочки сейчас стригутся коротко и красят волосы в зеленый цвет. Зовут себя «Tom-boy» и просят обращаться к ним в мужском роде, но всё-таки не забывать, что они девочки. От этой несуразицы веяло максимальной степенью подростковой неопределенности, экстрактом максимализма. Марк этого не понимал, равно как и татуированные лица.