Обратная сторона Истока

— Что? Я не только спать на лекциях умею, логически мыслить тоже могу!

— Я не о том. Просто… Пожалуйста, будь осторожна. — Лиза отдёрнула руку, неловко улыбнулась. — Мне нравится с тобой общаться, и я не хочу, чтобы это прекратилось. В конце концов, ты ещё не всё мне про свой мир рассказала.

— Я тебя ещё на экскурсию туда свожу! Потом, когда школу окончим и разрешение на выезд дадут!

— Мне нельзя! Ты же знаешь, я вернусь в Викену и…

— Несколько дней погоды не сделают. Не сразу же после выпускного тебя под венец потащат.

Хоть погуляешь напоследок. — Алина улыбнулась как можно беззаботнее. Получилось вроде хорошо, почти как у дяди, но внутри всё просто кипело от злобы и сочувствия.

Да чтоб они провалились, эти порядки и законы, принуждающие хороших людей подчиняться чужой воле!

Этот мир надо менять! И соседний тоже!

Глава восьмая, в которой пытаются думать о последствиях

В квартире пахло свежим кофе, что сразу же выдавало присутствие Нины.

Значит, не пошла ночевать в общагу, а осталась здесь дожидаться результатов вылазки.

Вот же любопытная выхухоль!

Подруга действительно обнаружилась в спальне. Сидела на кровати и шелестела книжкой. Ракун попытался прикинуть, что могло её заинтересовать, но быстро сдался. Слишком большой разброс: от учебника по химии до рекламного каталога из бесплатной рассылки.

— Почему не спишь? — спросил магос, стягивая сапоги.

— Не хочется, — ответила Нина. И с трудом сдержала зевок.

Ноги после целого дня беготни гудели, женские колени — манили. Ракун плюхнулся на кровать и устроился на них головой.

Лежать было так привычно и уютно, что даже мигрень, навалившаяся после тира, немного отступила.

Нина сразу же зарылась пальцами в волосы магоса, поворошила их. Стало совсем хорошо. Вечно бы так валяться, и чтобы не надо было никуда бежать, кого-то спасать, рисковать, драться!

Только вот зачастую драться приходится именно ради того, чтобы иметь возможность вернуться домой и устроиться на коленях любимой женщины. А если убрать риск, то домашние посиделки из вожделенной награды превратятся в рутину.

Такой вот парадокс.

— Кажется, я старею, — пробормотал Ракун.

— С чего это вдруг?

— Да ерунда какая-то в голову лезет. Ещё немного — и начну изрекать её с умным видом. И чтобы все вокруг смотрели и внимали.

— Тебе студентов недостаточно?

— Так они разве внимают? Если хоть один из десяти слушает — уже хорошо.

— Давно ли сам лекции прогуливал?

— Ой, давно! — Магос притворно вздохнул. — Говорю же, старею.