Обратная сторона Истока

В том, что начнут, она нисколько не сомневалась.

Нина молчала.

Разобраться в ситуации очень хотелось, но вытягивать информацию насильно не было никакого желания. Потому что тогда они поругаются. Непременно поругаются. А потом…

От мысли, что может случиться потом, Нине стало плохо почти физически. Даже в глазах потемнело, пришлось сделать пару шагов к кровати. Так, на всякий случай.

Конечно, они не раз ругались. Любой разговор с Алиной выглядел как курение на бензоколонке. Случайная фраза, неверная интонация, косой взгляд — и взрыв! Скандал! Потом пара-тройка часов показательного молчания (иногда сопровождающегося убеганием из дома в ночь, но чаще племянница просто запиралась в своей комнате).

А потом кто-нибудь из них (обычно, конечно, Нина) шёл мириться. Без громких слов, без пафоса. Просто подходил и обнимал. И дальше, по негласному уговору, они обе делали вид, что ничего не произошло. А потом и вовсе забывали о размолвке.

Только вот в этот раз так запросто помириться не получится. Дело к вечеру. На закате лодка отправится в двадцать третий виток.

— Я попросила, чтобы тебе одобрили проход в управление. Так что можешь приходить в любое время, — мягко проговорила Нина.

— Да ладно? Вы наконец-то вспомнили о моём существовании?!

— Мы всегда о тебе помним. Я и Ракун. Помним и любим тебя. Очень.

— Та-а-ак… — задумчиво протянула Алина. — Теперь, кажется, ты должна мне что-то рассказать. Что стряслось?

Нина невольно улыбнулась.

Ну конечно, если она знает племянницу как облупленную, можно ожидать, что та за столько лет тоже успела изучить свою тётю.

— Всё нормально. Просто все эти взрывы, похороны и прочее… — Нина показательно развела руками. — Сразу дурацкие мысли в голову лезут. И работы много.

— И рабочих секретов, которые ты мне, конечно, не выдашь.

— Не имею права. Ты же понимаешь. — Нине нечего было стыдиться, но побороть себя она не смогла и смущённо уставилась в пол.

Сощурилась, пытаясь рассмотреть, что за странная штука торчит из-под кровати.

Осторожно коснулась её ногой.

Штука немедленно втянулась под кровать. А спустя пару секунд наружу выглянула любопытная рыжая морда.

— Это что?

— Не что, а кто. Цера. Он тут живёт. — Теперь настал черёд Алины смущённо опускать взгляд.

— И давно?

— Пятый день. У него хозяин погиб на Прощальной, а больше никого не осталось. Я хотела тебе сказать, но… в общем, так получилось...