Покров

По выцветшим клеткам бежали рукописные строчки:

Прыг-скок

Через порог

Кто не спрятался

Издох

Лунный кролик

Пробежал

Где его

Никто не ждал

Солнце село

Всё сокрыто

Что не сделано

Забыто

Скоро здесь произойдёт

То чего

Никто не ждёт

Загадай желание

Напиши признание

Кролик прыгнет наугад

Больше нет пути назад

Прочитав стишок, Василиса подняла голову и чуть не упала со стула, утратив равновесие. В ушах звенело, как будто считалку прочитал некий голос, до сих пор отдававшийся эхом.

И вдруг оказалось, что каждый слог стишка будто вбит гвоздём в сознание – после единственного прочтения строчки отпечатались в памяти сами собой.

Смяв бумажку в комок, Василиса сунула его в карман. Как родителям объяснить своё желание пойти вечером в лес? А никак – подсказал неслышимый голос. Вообще не надо ничего говорить, незачем им знать. Если вдруг засекут, можно будет что-нибудь выдумать. А лучше совсем ничего не объяснять – это не их дело.

А как найти место? Страшновато в тёмном лесу. Ничего – снова подсказал голос. Нужно будет – всё само найдётся. И ничего страшного в здешних лесах нет.

До конца рабочего дня Василиса еле досидела, ёрзая, как на иголках. Хотелось поскорее вскочить и удрать из пыльной библиотеки, никому в этой глуши не нужной. Туда, в лес, где её кто-то очень ждёт.

Когда длинная стрелка настенных часов наконец указала на двенадцать, а короткая – на семь, Василиса вскочила, быстро выключила свет и рванула вниз.

Ключи оставила, как обычно, за стойкой администратора, которая тоже редко досиживала до конца работы. Потом их всё равно заберёт Наталья Львовна.

Закинув рюкзак за спину, Василиса почти на одном дыхании пробежала весь посёлок. И только на автобусной остановке обнаружила, что всё это время за ней по пятам неотступно следовала какая-то тонкая тень.

– Вот ты зря это задумала. – Гаврил в своём любимом чёрном удлинённом пиджаке мягко появился из-за стены павильона.

– Не твоё дело, – огрызнулась Василиса. И тут её осенило: – А ты как узнал, а? Подслушивал?

– Даже если так. Не стоит туда идти.

– Тебя не спросила. – Василиса отвернулась и стала всматриваться в тёмную даль, откуда неслись лишь машины, сиявшие ослепительными фарами.

– Это плохо кончится, – упрямствовал Гаврил, стараясь перекрыть обзор.

– Не твоё дело, – отмахнулась Василиса, выглядывая из-за него на дорогу.