Воронов дар. Изнанка прошлого

Наверняка подойдёт смотреть, что и зачем я беру, а потом будет расспрашивать о том, зачем это мне понадобились инструменты, потому что именно он занимается починкой всех вещей в доме.

Мне ничего не оставалось, как продолжать пробовать избавиться от решётки с помощью чар. Я всё же надеялся, что у меня получится быстрее. Но наконец первый болт поддался и сломался напополам. Второй ломать я решил другим способом, с помощью заморозки, но этот вариант оказался ещё хуже предыдущего. У меня не хватало сил заморозить болт и ударить по нему так, чтобы он сломался.

Пришлось снова возвращаться к первоначальному варианту. В конце концов, я добил и второй болт, но обнаружил, что прошло уже полчаса. К счастью, домработникиов не было в поле зрения, и никто из них не видел моих манипуляций с решёткой. Только один раз Савелий прошёлся туда-сюда за метлой, очевидно, теперь метёт парадную дорожку.

Последний болт я откручивал вручную, усилив руку заклинанием земли. Я раздирал пальцы, они быстро замерзали, но с последним болтом я расправился быстрее остальных.

Правда, на пальцах теперь остались красные кровавые мозоли, но зато теперь решётка висела на одном болте и спокойно отодвигалась. Пора было бежать.

Я оделся, распихал сапоги по карманам пальто, и прихватил свой школьный рюкзак, где ещё покоились деньги, полученные от Ольги Вулпес. Отцу я не успел их отдать и сегодня они мне больше понадобятся, к тому же вскоре Свят получит выплату за патент, и мы сможем оплатить взнос по займу. Как объяснить отцу. Куда я дел деньги, я решил подумать потом.

Собравшись и убедившись, что с моей стороны улицы никого нет, я вылез из окна и ступил на небольшой каменный выступ, разделявший два этажа. Ещё раз убедившись, что никто меня не видит, осторожно прошёлся по выступу, придерживаясь за решётку.

Прыгать я не решился несмотря на то, что под окнами были сугробы. А ещё немного спустился, перешагнув на выступающий наличник окна первого этажа, продолжая при этом держаться за край холодной решётки.

Но вдруг, заслышав, как энергично поскрипывает снег под чьими-то ногами, замер.

Залезть обратно я бы уже не успел, только бы привлёк внимание своим мельтешением. Спрыгнуть тоже не мог — наделал бы много шума, да и моё приземление сразу бы заметили. Поэтому я остался висеть, застыв, как каменный истукан, в надежде, что шагающий Савелий меня не заметит.

Домработник, что-то весело и беззаботно насвистывающий себе под нос, бодро размахивая метлой, шагал в сторону хозяйственных помещений.