Сторож.

Двое остальных тут же отпрыгнули, озираясь, и медведь отлично использовал свой шанс — метнувшись в гущу соседней схватки, откуда сразу же вылетело изломанное тело росомахи-переростка.

Дальнейшего Сергей не видел, он был озадачен единственной целью: где найти энергию. Ощущались только передние лапы, что там со второй половиной туловища, он даже думать боялся. Ему чудом удалось нанести один незаметный удар, хватит героизма. Тем более, что сражающиеся начали выкладывать последние козыри — в воздух взвилась седая леопардиха, и её ошейник внезапно разлетелся на диски, образовавшие в воздухе быстро расходящийся наклонный круг, точнее, эллипс, заканчивающийся прямо на дуэте колдунов.

Видимого вреда он им не принёс, но следом туда же понеслась волна подозрительного тумана от повторившей трюк с прыжком огромной волчицы, судя по расцветке, самой Нилы.

Что сделали колдуны в ответ, Сергей не видел, но что-то застучало изнутри его головы, пытаясь разорвать череп. Заколка в волосах обожгла, и по сравнению с молотами это было даже приятно.

Сознание наконец ещё раз милосердно оставило его.

В себя опять привёл противный писк голодного оберега в голове. Бой затих, в дальнем углу «поля» кто-то ещё отбивался, похоже, пытались взять пленных. Глаза, залитые кровью, видели плохо, и Серж никак не мог понять, звать на помощь или попытаться застрелиться. Удивительно, но задние лапы теперь ощущалась.

— Очнулся?! — раздался знакомый голос, кажется, это был Дмитрий. — Какого хрена ты полез отдельно? А если бы дырка была не сплошной? Сгореть хотел? Хотя за отвлёкшихся колдунов и за пантеру спасибо! Помог.

* * *

Из их отряда осталось меньше половины. И лишь один новичок, кроме Сержа. Из двенадцати. Оба новобранца, после боя, дружно собирались заканчивать диверсионную карьеру, отработав обязательный год. В отличие от ветеранов, спокойно отнёсшихся к потерям. Впрочем, что им-то волноваться, они потеряли всего одного — того самого медведя, что в начале штурма неудачно потерял лапу, зацепив щит. Помянув товарища, старожилы занялись оценкой трофеев, не обращая внимания на валявшиеся тела.

Правила были простыми: то, что на тебе к концу боя, то твоё (с поправкой на обещание Нилы лично прикончить любого увлёкшегося трофеями вместо боя). Остальное — в общий котёл и согласно долям. На удивление, делили довольно честно. Вроде бы. То, что удалось идентифицировать, сразу отложили в сторонку, остальное должно было отправиться оценщикам.

Опознанное разделили, не откладывая в долгий ящик.