Борс: Несбывшаяся жизнь

И, будто пачку снотворного, она не глядя забросила леденец в рот вместе с кусками салфетки, расхрустела зубами и проглотила, обдирая горло ещё не обтаявшими по краям осколками.

***

Вы помните аромат блинов? Когда утром, ещё даже не открыв глаза, чувствуешь, как с кухни раздаётся приглушённый голос старенького телевизора, шкворчание и тот самый волшебный запах, из-за которого хочется встать, прошлёпать босыми пятками по линолеуму и забежать в тёплые объятья бабушки.

Саша проснулась, чувствуя непривычную гибкость, бодрость во всём теле.

Выспалась! Наконец-то! И почему «наконец-то»? Сегодня же суббота! Впереди два выходных, а через неделю – лето. Целое лето! Почти жизнь!

Она спустила ноги на пол, нащупала тапочки и отправилась в ванную.

Новая зелёненькая зубная щётка с дракошей уже ждала её на углу раковины. Саша взяла её, намочила, сунула в рот и поднялась на цыпочки, чтобы увидеть светло-русую взлохмаченную голову в отражении зеркала. Зубная паста была вкусная, импортная, с разноцветными полосками по бокам.

В окно на кухне заглядывали ветки яблони, глупая пчела заметалась над плитой и испуганно впечаталась в кружевную занавеску.

– Сашенька! Проснулась? – спросила бабушка. – Блинчики почти готовы, давай, принеси варенье, и будем кушать, да?

– Вишнёвое? – с восторгом спросила девочка.

– Вишнёвое, – с улыбкой ответила бабушка.

Саша, промокнув лицо розовым полотенчиком, широко улыбнулась и побежала в погреб искать то самое, которое уже можно! Бабушка разрешила!

Стопка блинов стояла посреди стола, накрытого узорной клеёнчатой скатертью.

Бабушка улыбалась, кошка тёрлась о ноги, выпрашивая кусочек, а за окном задорно лаял соседский пёс.

– Ну что, наелась? – спросила бабушка, когда внучка с трудом проглотила последний блинчик.

– Ага! – устало ответила она. – Ба, я такая большая! Смотри! Смотри, какое у меня пузо!

Бабушка рассмеялась и погладила её по голове:

– Ну что, сегодня на речку? Уроки ты сделала?

– Сделала.

– А чего сидела до ночи? – Саша замялась и потупилась. – Что, опять книгу свою писала?

– Ага…

– А дашь почитать? – вдруг спросила бабушка.

Девочка удивлённо подняла на неё глаза, но не увидела смеха.

– Ну раз уж ты у нас писательница, должна же я знать, чего ты там пишешь, да? – улыбка на бабушкином лице была тёплой и красивой, как та самая банка вишнёвого варенья, о которой Саша мечтала с зимы.