Штрихи к портрету кудесника

— Я ж говорю: недоучки всякие вроде тебя… В астрал по ночам хоть не выходи! Понапутают энергетических шнуров своих… от мозга к мозгу…

— А колдуны?

— Ну… ты колдунов-то с подколдовками не равняй! — одёрнул ученика Ефрем. — Колдуны — народ серьёзный. Только по крупному заказу спящим мозги ломают. Должника во сне припугнуть… или там сведения какие выудить…

— Погоди… А сонники?

— А сонники — сонниками… Приснилось — нехай толкуют! Пожар — к потопу, потоп — к пожару. Фрейду, например, в своё время за это дело большие деньги плочены были…

— Слышь, — ошеломлённо вымолвил Портнягин, присаживаясь на свободный табурет и пытаясь собраться с мыслями.

— Это, что ж выходит? Это выходит, они нас, гады, вчера в одну сеть замкнули?.. Меня, Ирину эту Расстригину, Зинку её… костюмершу… Троих?

— Да наверно поболе, чем троих. Обычно игроки мозгов пятнадцать вместе цепляют… Скажем, приснился тебе незнакомый город. А он из другой памяти выдернут! «Железо»-то у нас… — Старый колдун Ефрем Нехорошев выразительно постучал себя полусогнутым пальцем повыше виска.

— …не чета компьютеру — ёмкое. Вот только программы хреновенькие… — посетовал он.

— А уберечься как?

— Обыкновенно. Защиту поставить. Дело нехитрое… На порчу себя утром проверял?

— Проверял.

— И что?

— Чиститься пришлось…

— То есть ещё и вирусов астральных занесли, — крякнул Ефрем. — Ш-шалопаи!

По мере прояснения ситуации настроение Глеба стремительно улучшалось. Если виновные — его ровесники, разобраться с ними труда не составит.

— Выходит, ты Ирине этой лапшу на уши вешал? — с ухмылкой уличил он наставника.

— Это почему же? — вскинулся тот. — Что я не так сказал?

— Ну… что сон вещий…

— Конечно, вещий. Думаешь, кто теперь её умную голову по ночам охранять будет? Ты и будешь.

— А я умею?

— Научу. Какие твои годы!

***

Сон Ирины Расстригиной был глубок, но беспокоен. Оба полушария работали на всю катушку. Портнягин обошёл кругом чудовищный баобаб, поглядел ввысь, хмыкнул. Согласно соннику, если женщине пригрезится хотя бы одно-единственное хиленькое деревцо, то, стало быть, она не удовлетворена сексуально.

А тут такой баобабище! Да ещё и каждую ночь!

Впрочем, нет худа без добра. Зато из листвы хорошо отстреливаться…

В остальном местность представляла собой плоскую пустыню в стиле Дали с колоссальным, полым, полуразрушенным бюстом какого-то исторического лица на горизонте. Истолковать сей артефакт самостоятельно Портнягин бы не рискнул.