Страшная сказка

Он выполнил все свои обещания, он спас меня от совершенно невменяемого Влада и с учетом того, что я слышала, только его защита поможет мне от притязаний этого урода. Ведь он не успокоится.

— Лизи, ты как?

— Все хорошо, Мастер, я волновалась, но не боялась, ведь вы пообещали и сдержали свое слово, спасибо вам. Лорд Николас, я могу спросить?

— Конечно, Лизи, ты можешь меня спрашивать и просить о чем угодно.

— Одержимость. что это? И чем мне это грозит в дальнейшем?

— Видишь ли, девочка, одержимость сродни болезни, как ты знаешь, вампиры ничем и никогда не болеют, это обусловлено изменениями в теле, которые происходят после обращения.

Запах твоей крови вызвал изменения в нем, он будет жаждать твоей крови, всегда, и никакая другая теперь не заменит ему твоей. Твой запах свел его с ума, если так можно выразиться, он в чем- то вполне вменяем, и если ты будешь рядом, то он мог бы прожить обыкновенную жизнь вампира и даже быть счастливым. Заметь, Лизи я не говорю о том, что он сделает счастливой тебя.

— Я понимаю. Значит он не оставит меня в покое, никогда?

— Нет, он всегда будет жаждать обладать тобой, полностью. Но я не позволю ему тревожить тебя, да и другие вампиры тоже, ты слишком ценный предмет для нас всех. Уж, прости, что я так прямо называю вещи своими именами.

— Ничего, Мастер. я понимаю.

— Лизи, я хотел сразу же поговорить с тобой о том, что я хотел бы от тебя получить.

Мне жаль, что этот разговор происходит во время твоего стресса от встречи, но тянуть я не хочу. Ни к чему, как мне кажется.

— Я слушаю вас Мастер и еще раз подтверждаю, что на мне долг перед вами, и я выполню его.

— Я рад, что ты так думаешь. Потому что я хочу только одного, чтобы ты родила мне ребенка.

— ЧТО???!!!!! — Сказать, что я была в шоке, это ничего не сказать. Я ожидала чего угодно, вплоть до того, что меня будут уговаривать на время вступить в клан Мастера, но родить ребенка? В двадцать лет? Я сама еще ребенок.

Широко открытыми глазами я, молча, смотрела на Николаса и не могла заговорить, может это шутка такая? Сейчас он засмеется, скажет, что я наивное дитя и предложит просто поработать на него? Я с затаенным ожиданием продолжала молчать.

Лизи, — он сел рядом со мной, взяв мои ладони в свои руки, поцеловал их, — руки совсем ледяные и вы сильно побледнели.