Лик Ltd: Продам лицо

Она исчезла десять лет назад, но доказательств ее смерти не найдено, даже косвенных. Так вот, Моника – это маленькая женщина с мотоциклетным движком вместо сердца и шилом в заднице. Она родом с островов Карибского бассейна, и, по ее утверждению, имя «Моника» имеет древние фламандские корни. Вы представляете, что это за человек, да? Сколько всего в ней намешано – кровей, культур, мировоззрений и предрассудков?

Моника была журналистом, причем довольно классным. Она сотрудничала с несколькими известными изданиями. Ее регулярно приглашали на телевизионные ток-шоу.

Еще она вела блог в LiveJournal, когда facebook даже не существовал.

Малышка-Моника играла на первенство города по теннису, чем весьма забавляла своих высокорослых соперниц до поединка и доводила до слёз, одерживая победы. Мне казалось, если бы не пограничники, она смогла бы сплавать отсюда до родных Карибов, там перекусить и к вечеру вернуться обратно.

Старшую дочку мы звали Инь. Она воплощала для нас женское начало нового поколения. Когда родился мальчик, он стал Ян.

Мужчина! А младшенькая родилась в июле, поэтому она Джулия. Логика нужна не всегда.

Кстати, Моника любила повторять: «Мне нравится понятие «женская логика», которое придумали мужчины. С вашей точки зрения, это ирония. Но если копнуть чуть глубже, окажется, что это диагноз для вас. Женская логика хотя бы существует, и вы это признаете. Понятие «мужская логика» отсутствует! И это напрямую доказывает, что никакой логики у вас нет и в помине!»

Дело в том, что моя Моника не могла иметь детей.

Она в юности перенесла жуткую инфекцию. Медицина спасла девочке жизнь в обмен на пожизненный приговор – тотальное бесплодие.

Видимо, поэтому женская детородная энергия переродилась в ней в жажду деятельности, не свойственную женщине семейной.

Когда мы стали парой, мы не поверили врачам. Но год безуспешных попыток все же убедил. А ребенок нам был жизненно необходим. Причина понятна, я надеюсь? У нас взяли все, что нужно: яйцеклетку и сперматозоиды. Девочку Инь нам родила суррогатная мать.

Ее звали Сара. Она была сочная, со светло-рыжими волосами, веснушками и глазами цвета черного чая. Сара была теплая и мягкая, как пуховая подушка. Я любил Монику, мою милую заводную жену. И я любил Сару. Мы с Сарой не афишировали наши отношения. Просто молодому мужику сложно оставаться адекватным без настоящего секса.

Когда Моника убедилась, что не сможет родить, у нее изменился интерес к интиму. Конечно, мы любили друг друга, и занимались этим иногда.