Свиное молоко

- Девушка! Здравствуйте, абонент «Смерть», пожалуйста.

В трубке удивленный голос переспрашивает: «Смерть?»

- Да, это новый, скоро привыкнете.

- Люба, где ты? Отзовись. Тут за мостом авария, почему трупы не убираете? Ваш писака.

- Продублируйте, пожалуйста.

Звонок.

- Але-мале! Писака, рада тебя слышать, приехать не смогу, стирка у меня, кот навалил своего модного тряпья, ты же знаешь, он боится стиральных машин, умоляет вручную простирнуть, а я ему задолжала. Пусть пока в морге полежит, подумает.

- А что тут придумаешь? Из дорогой бляди одухотворенную калеку смастерить? Я вам что создатель? Врать-то я горазд, но не до такой же степени.

Когда у меня напряженка с фантазией, я ворую сюжеты из своих старых песен.

Вот, например, сказание о новом Буратине, песня такая:

На углу шестой авеню, на перекрестке ее с проспектом Дормоедова.

Я стою, довольно долго я стою, потому что я дерево.

Однажды мимо меня шла девушка деревянной мечты.

И вела на поводке смесь пассатижей с бульдозером.

И вот эта тварь рванулась ко мне.

И я почувствовал, что сейчас стану озером.

Отойди от меня тварь!

Кто тварь? – обиделась девушка.

А тут подошел еще ее дедушка.

Он стал пугать меня своим сотовым телефоном.

И обзывать деревянным гандоном.

Я пнул их цуцика ногой, а они дровосеков вызвали.

Распилили меня бензопилой, погрузили в свой джип и увезли.

Отпустите меня твари! (это припев)

Деда звали Карлой, а внучку Мальвиной.

А меня обстругали, сделали Буратиной.

Между ног оставили сучек.

Как не странно, но нос мой намного короче.

Теперь я любимая кукла Мальвины.

Она играет со мной дни и ночи

Буратино! Навсегда!

Итак, однажды крепко запил один талантливый неудачник, гитарный мастер. Инструменты его плохо продавались, если не сказать, что не продавались вовсе. Капитализм, знаете ли, пооткрывалась куча фирменных лавок, где навалом всяких разноцветных электробалалаек из резонансной фанеры, а самопальные произведения никто теперь не покупал.

Мастер гитарного самопалостроения Владимир Семенович, по кличке Доктор, был человеком душевным, семейным, горячо любящим жену и сына. Имел друзей и дежурных собутыльников среди музыкальной богемы и, как вы, наверное, уже догадались, не страдал папокарловым одиночеством.

А запил он по совершенно тупой причине. Морально экономический кризис. У нас его еще любят называть кризисом среднего возраста.