Сказки Очарованного Города

Каблуки выстукивали по тротуару ровный и ковкий, льющийся не переставая ритм, что напоминал о запахе влажных шерстяных перчаток, тени, которая падает на дорогу из-за фонарей, о вкусе кофе и мокром асфальте, а крохотные лужицы разбивались на тысячи драгоценных самоцветов, стоило только наступить на них носком сапога.

Почему-то другие люди никогда не смотрели прямо. Они предпочитали смотреть себе под ноги или под нос, или в телефоны, или на часы, или в никуда, в лучшем случае, друг на друга, но отчего-то совсем никогда не хотели смотреть прямо вперёд.

Она подняла глаза к небу – прямо на солнце – и слегка сощурилась. Не смотря на дождь, совсем не помешали бы солнечые очки. Однако, сегодня она собиралась «читать», а потому они обязательно сыграли бы только роль ненужной помехи.

Автобус подходил для того, чтобы заниматься «чтением», лучше всего: меньше людей, чем на площадях или рынках, но больше, чем в маршрутных такси. Остановка покатой спиною вынырнувшего из глубины тротуара кита возвышалась чуть поодаль, по левую руку от неё.

Автобусы приходили и уходили, она всё ещё ждала Тот; подходил бы любой, на самом деле, просто одни подходили чуть более, чем другие.

Она вскочила на ступеньку, покрытую узором из множества выпуклых кружочков; говорят, такие нужны для того, чтобы люди не падали в особенно слякотную погоду. Проскользнув мимо столпившихся у входа пассажиров, она оказалась возле самого окна и схватилась рукой в тоненькой перчатке за поручень. Мысли людей окружали её, она ощущала их присутствие так же, как могла бы ощущать вялое копошение целого роя уставших пчёл.

Пчёл, но не мух, мухи тоже могли копошиться усталым роем, но едва ли они принесли бы этим хоть какую-то пользу, в отличие от других, желто-полосатых, насекомых.

Она отвернулась, сделав вид, что смотрит в никуда в окне, так же, как это делают остальные. Когда она сама делала это, то смотрела туда именно для того, чтобы смотреть. Очень полная женщина в невысоких сапожках, бежевом пальто и плотно прилегающей к голове квадратной шапке стояла рядом с ней с усталым и печальным выражением на беззлобном лице.

Автобус тряхнуло, и рука, уже без перчатки, совсем слегка задела морщинистое запястье на поручне рядом. Извините.

… Дорога. Дымок, вылетающий из выхлопных труб. Прилавок и потрескивающая касса. Чеки. Курящие посетители, не обращающие внимания на таблички у дверей магазина, сын, что никак не устроится на работу, усталость и давно оставивший её одной в этом мире супруг. И кот под прилавком.