Отверженный II: Выбор

Если что-то понадобится, на столе лежит трубка связи с охраной. Говори, что нужно, всё принесут. Не стесняйся. Завтрак, обед, ужин будут доставлять сюда.

— А надолго это всё?

— Понятия не имею. После обеда приедет Иван Иванович, вот у него и спросишь.

Фёдор Сергеевич ушёл, а я включил телевизор и попытался смотреть выпуск новостей, но мысленно всё время возвращался к главной новости дня — обещанному миллиону от МВД.

*****

Олег Левашов сидел на стуле в комнате для допросов. Напротив него за большим столом расположились Милютин и Глебов.

Допрашиваемый выглядел очень уставшим, но старался держаться бодро. Он с нескрываемой неприязнью смотрел на представителей власти и, казалось, совершенно их не боялся.

— Ещё раз заявляю! — вызывающе сказал молодой граф. — Я буду давать показания только в присутствии своего адвоката или деда! И вообще, я плохо себя чувствую!

— Ещё бы ты хорошо себя чувствовал, — совершенно спокойно ответил Милютин. — Тебе каждые пять часов в организм серебро вводят.

— Почему вы это делаете? Есть же другие способы лишить меня возможности использовать магию, почему вы не используете их?

— А чтобы ты понимал, что здесь не санаторий.

— Я буду жаловаться.

— Кому?

— Не знаю пока. Посоветуюсь с адвокатом.

— С каким?

— С нашим семейным! Вы должны предоставить мне адвоката и дать позвонить деду! — уже почти криком выразил свои требования Левашов.

— У меня для тебя плохая новость, парень, — подключился к разговору Глебов.

— Ты арестован по обвинению в организации и проведении террористического акта в центре столицы. А по сравнению с этим даже захват заложников и убийство тобой нескольких человек и эльфов — мелочи. Террористы не попадают под защиту каких-либо конвенций. Единственное, что хоть как-то могло бы тебе помочь, это юный возраст. Но тебе уже восемнадцать, поэтому будешь отвечать по полной программе.

— Вы не можете держать меня здесь вечно! — огрызнулся Левашов. — В любом случае состоится суд, и мои деды о нём узнают.

И тогда они вас засудят!

— И снова ты ошибаешься, — совершенно спокойно сказал Глебов. — Так как ты обвиняешься в терроризме и являешься задержанным с особым статусом, мы можем держать тебя здесь, сколько заходим. И ещё в целях обеспечения секретности мы имеем право не сообщать твоим родным, что ты арестован. Более того, тебя будут судить закрытым судом, предоставив государственного адвоката.