Real-RPG. Практикант-2

Неожиданно, да?

— Они кто, вампиры? — выдохнул я, наблюдая, как умывшаяся последней кровавой струёй голая девка играючи отшвырнула на несколько метров обескровленный труп с добрый центнер весом.

— Не совсем. Но что-то общее с вампирами у них определённо есть, — ответила Серафима. — Мы их называем исчадиями.

Меж тем девушка-исчадие вдруг вывалила изо рта непропорционально огромный язык и, словно губкой, обмахнула им лицо, слизывая брызги крови. В процессе такого собачьего умывания как бы невзначай она повернула к убежищу голову, и наши взгляды неожиданно встретились.

В следующее мгновение время вокруг меня в очередной раз остановилось. Соляными столбами в разнообразных позах замерли остальные участники дорожного побоища, в статую превратилась сидящая рядом Серафима. Разом стихли все звуки. И даже струи крови, толчками вырывающиеся из разодранных глоток умирающих тварей, мириадами брызг застыли в лунном свете.

Живыми и меняющимися остались лишь устремлённые, казалось, прямо мне в душу глаза девушки-монстра.

Её огромные стального цвета радужки с по-звериному вертикальными зрачками стали наливаться серебристым свечением. И по мере их разгорания блёкла и выцветала, превращаясь в старую фотографию, картинка за пределами гипнотических глаз. В считаные мгновения превратившись в две невыносимые серебряные звёзды, они в конце полыхнули двойной ослепительной молнией, и я потерялся в этой безумной вспышке, на какое-то время вывалившись из реальности…

В себя я пришёл от резкого запаха нашатыря.

Инстинктивно шарахнулся в сторону от источника зловония и, чуть не навернувшись со стула, озадаченно распахнул глаза.

— Слава богу, очухался, — прогудел над головой довольный голос соседки.

Серафима обнаружилась стоящей рядом, в тесноте убежища она упиралась широким тазом мне в плечо. Я же, вероломно узурпировав её раскладной стул, полулежал на нём, опираясь спиной о ствол самого толстого берха.

— Это как же ты, такой впечатлительный, столько царусов в одиночку перебить смог? — покачала головой женщина в ответ на мой немой вопрос.

— На-ка, — сунула она мне под нос фляжку.

Я послушно сделал глоток. И тут же, превратившись в лупоглазую рыбу, резко задохнулся. Обожжённое горло свело судорогой, в пищеводе и пустом желудке разгоралось адское пламя.

— Эх, молодёжь, — хмыкнула Серафима. — Кто ж так остервенело спирт-то хлещет… Да не сдохнешь, не боись. На-ка, запей, полегчает.

От очередной фляжки я шарахнулся, как чёрт от ладана.