Я - циник. Магия и банды Токио

Я еще немного поупивался собственной обидой, а затем попытался объяснить одной недалекой птице, зачем мне все это:

- Слушай, я не пытаюсь вызнать твои секреты или подвести под монастырь. Мне, в общем-то, без разницы, где ты свила себе нору. Проблема в том, что ты постоянно встреваешь в неприятности на пустом месте. А я и так слишком много с тобой провозился. Очень обидно, если мой труд пойдет насмарку. Так что придется отвести тебя за ручку, чтобы я смог зажить спокойно и не натыкаться на всяких беспомощных оборотней по подворотням.

Цуру от подобной отповеди густо покраснела и кинула на меня возмущенный взгляд. Ну, хотя бы избавилась от этой паники и тоскливой обреченности. А то больно смотреть даже такому цинику как я. Чувствуешь себя не то маньяком, не то палачом.

- Я не беспомощная! И мы не вьем никаких гнезд! И не водим под храмы! - Обидная характеристика придала ей сил. Девушка обиженно запыхтела, потом попыталась встать, но тут же охнула, схватилась за бок и почти сразу сдулась:

- Просто мы почти ничего не знаем о мире людей.

Эта простодушная Цуру растерялась… - Девушка начала мяться, но отвечать на вопрос о своем месте жительства все еще не хотела. Стеснялась? Да вряд ли. Не хочет подставлять другую нелюдь? Вероятнее всего. Вроде в своей истерике она упомянула какого-то каппу.

"Ну и ладно, пойдем окольным путем", - Решил я, и зашел с другого бока:

- Тогда ответь мне, что ты делаешь здесь в парке? - Я вовремя вспомнил читанный от скуки учебник литературы. А именно, отрывок из одного японского классика.

В нем описывалось путешествие героя в скрытой Долине Журавлей. Куда есть ход, но нет выхода. Или наоборот? Гм, не помню. В тот раз мне казалось интереснее его описание конфликта с одним из старейшин, чем переливание из пустого в порожнее, замаскированное попытками философии "как у взрослых".

- Я живу здесь, в парке, - Все-таки выдала она, - Сотни лет назад на этом месте стояла священная роща, в которой имелся ход на Ту Сторону. В наш мир, в мир Тэнгу, в мир… Почти куда угодно.

Тринадцать великих дубов-итиигаси охраняли ручей, что тек одновременно во всех сущих мирах, укромных местах и духовных складках. Но теперь нет ни ручья, ни деревьев. Только мертвый пруд со стоячей водой, - Закончила она грустно.

- Как же ты сюда попала, если ничего больше нет? - Полюбопытствовал я.

- Из нашего мира перейти в ваш куда проще, - Цуру нервозно дернула плечиком, не желая выдавать фамильные секреты, - Все же он - основной.