Я - циник. Магия и банды Токио

Рука тянется к сердцу, поднимается к губам, а пальцы словно тянут нить еще не произнесенных слов:

- Я, Кодзуки Кано, клянусь не вредить, если мне не причинят или не измыслят вред, не злоумышлять…

Внутри меня задрожало, натянулось, как струна, эфирное тело. Завибрировало в такт словам. В этот момент я ощутил все свои духовные сосуды, все внутренние органы, даже давление природной магии извне. Они ощущались по-разному: магическая система походила на несколько аппендиксов в треугольнике между сердцем, печенью и легкими.

Странные, хлюпающие отростки, до краев заполненные маной. Их невероятно тонкая сеточка каналов протянулась во все уголки человеческого тела, повторяя рисунок артерий и вен. Внутренние органы, наоборот, чувствовались словно пыльные мешки или угловатые коробки - неудобно, но терпимо. Они пульсировали, давили на стенки и понемногу расходовали магию в теле.

Однако интереснее всего оказалось с природной магией - тяжелое давление, словно от солнечных лучей жарким летним днем в степи.

Печет и душит. Не агрессивно - скорее равнодушно. Главное - не дать этой мощи проникнуть в тело: разорвет на клочки.

По отдельности эти новые чувства казались вполне терпимыми, но вместе… Я едва успел закончить проговаривать текст, прежде чем рухнул в японские лопухи. После принесения клятвы все странности ушли, но меня продолжало трясти в отходняке. А еще - я четко ощущал тонкую нить с морем природной маны извне. Так вот, что чувствуют люди с дополнительным моторчиком или протезами на сердце.

Ей-богу, лучше бы не знал.

- Что с вами произошло, Кодзуки-сама? - Раздался сверху обеспокоенный голос журавля. Кажется, я опять успел напугать бедную птицу. Вдовесок к тому, что выставил себя слабаком в ее глазах и идиотом в собственных. В очередной раз.

Я мысленно дал себе самого смачного подсрачника, на который был способен. Это ж надо, проводить манипуляцию с эфирным телом и забыть про слияние чужеродной души с обрывками духовного тела оригинального Кано.

Да у меня внутри все только начало заживать, а теперь я заново перекрутил. Придется по приезде домой засесть за медитацию, прощупать повреждения. По идее, ничего серьезного я задеть не успел, но мало ли. Я не врач, но уж заметить отклонение много ума не надо.

Я отмахнулся от скачущей вокруг меня Цуру, встал, отряхнул одежду, после чего мрачно поинтересовался:

- Клятва дана?

- Дана, - Китайским болванчиком закивала девушка.