Магистрат том 2.

– Сколько же не виделись, месяца три не меньше?

– Примерно так. – Ответил я.

Нам повезло, декан ожидал нас. В окошке над его столом шел дождь, крупными каплями стекая по стеклу. Комната претерпела несколько изменений после восстановления. Центр студии, как и раньше, занимал лаконичный стол, и проходя к нему, я не мог очередной раз не посмотреть на портреты, висевшие на стене. На них были изображены лица погибших при взрыве лекторов в тот злополучный день. За креслом декана, там где ранее был обнаружен скрытый проход, теперь стоял огромный книжный шкаф, занимающий всю стену.

Также на столешнице появились мраморные часы со статуэткой мушкетера, они были повернуты циферблатом к входящему, как бы намекая на то, что нужно ценить время руководителя и своё.

– Ну, как учеба, Меньшикова? – спросил он, когда мы уселись.

– Нормально. – кивнула она.

– А вот я слышал, что не очень. Якобы ты не проявляешь достаточный интерес к теоретической части.

Она пожала плечами, потом откинулась на спинку, как бы показывая, что мы не на экзамене, а значит напрягаться и отчитываться она не намерена.

Он лишь вздохнул и поднял на нее глаза, отрываясь от чтения бумаг.

– Всегда так, только опериться успевают, так сразу широколобием своим кичатся… Левицкий, а у тебя как дела?

– Секретная информация, – улыбнулся я. – а в целом, нормально. Рад вернуться на службу. Вы лучше расскажите, что у вас новенького? А то я из оперативки выпал, не знаю, что в реальном мире происходит.

– Новенького? – Декан снял очки и устало потер переносицу.

– Много чего, Константин… Но, к сожалению, ничего хорошего. Изменения в офисе ты и так видел, да, небось, и друзья рассказывали… А в целом, – работы стало больше, а сил меньше. “Массолит” пока держится, но по другим филиалам… Слышал, что в Санкт-Петербурге приключилось?

– Нет.

– Троих за неделю потеряли. – Он сокрушенно покачал головой. – Вот беда какая. Такого на нашей земле отродясь не было. Как в месяц потогонки, только круглый год.

“Потогонкой” он называл промежуток август-сентябрь, сорок дней на протяжении которого нашему региону приходится тяжелее всего.

Считается, что в этот период земной план наиболее близко подходит к Инферно и Каркозе, а от смещения граней реальностей в наш мир выбрасывается большое количество магической энергии. Вследствие: регулярные разломы, иммигранты, видоизменение и метаморфозы материи, а также куча самиздатов на грани срыва. Последние не понимают, что происходит, но изменения чувствуют.