Молчание насекомых

Меня почти перестали ловить на вранье, проверить не могли, ведь я не лгал: при взгляде на стол мы с врачом оба видели стол.

В итоге я научился говорить, как «нормальные», сдержанно и осторожно. Я научился играть с чувствами людей, научился обманывать. И еще научился тайком строить черно-белые коридоры из призрачных линий, чтобы временами покидать палату. На свободе я старательно фокусировался на важных образах и открывал появляющиеся в пространстве призрачные двери. Но отца-опекуна среди их череды я так и не нашел.

Вероятно, есть ошибки, которые не суждено исправить. Но я проверял порталы, открывал двери, и в своих поисках стал Магистром Насекомых, способным появиться в любой точке мира и также внезапно исчезнуть.

Я тайно бродил по городу, ориентируясь по разноцветным скоплениям чувств. Они манили меня необъяснимым теплом. Порой я видел иллюзорных насекомых, чьи очертания окутывали одиноких запутавшихся в себе людей.

То здесь, то там: на переполненных вокзалах и в пустынных скверах, в кипящем метро и продрогших улицах — всюду встречались разбросанные в пространстве нити чьего-то странного отчаяния, смешанного с надеждой.

Вскоре я нашел название этому жгучему чувству: последние решительные обещания, которые нередко заканчивались предательством самих себя.

Тогда-то впервые я случайно узнал, как опасно не выполнять данные себе обещания: на моих глазах в бабочку обратилась несчастная девушка. Нет, тогда еще не Аглая, другая.

Она за считанные минуты погибла среди снегов и морозов в снежном парке, и я не успел ее спасти.

Не знаю, какое обещание она дала себе в моем недобром присутствии, не ведаю, почему так быстро нарушила его. Но, очевидно, это я убил ее. Похоже, из-за моей ауры у людей-насекомых случаются эти превращение, он чувствуют меня, проклятую стрекозу-альбиноса.

Их внутренняя сущность отзывается и прорастает сквозь нити мироздания. Я отчетливо видел, как вокруг несчастной сиял разноцветный золотистый кокон.

Обычные нити мира делятся на черные или белые, но существуют и другие, которые вижу только я, подкидыш фей, Магистр Насекомых.

В тот день я осознал себя как коллекционер. Да-да, я понял, что таких людей, возможно, тоже подкидышей фей, надо защищать от самих себя. И в них на самом деле скрывается магическая сила, но проявляется она только после обращения в насекомое. То ли нас отравил мир Земли, то ли мы все храним вместе с магией отголоски безумия.