Молчание насекомых

– Может быть. Просто хочу остаться в удобном для нас мире, – отозвалась Лена, имея я в виду квартиру, но получилось странно, поэтому она смутилась и добавила: – А не попадать… куда он там попал. Ладно, значит, вы ничего не знаете?

– Почему же? Я ведь все рассказал, – пожал плечами Магистр Насекомых.

– Хочется мне вам верить, конечно.

– Вот и верь. И живите спокойно. Не повторяй его ошибок и не делай своих, – менторским тоном отозвался собеседник, и Лена поняла, что больше ничего не добьется.

– Разберусь как-нибудь.

До свидания.

Она вышла из подвала, подставляя лицо осеннему ветру, мечтая хоть когда-нибудь согреться. В квартире еще не затопили, там царствовал сырой холод, почти как на улице. Один угол у них еще к тому же заплесневел, похоже, из-за трещин в стене, хотя после исчезновения отца они тщательно заделывали все щели. Но, видно, откуда-то просачивалась влага, тонкой струйкой втекая в незримые прорехи, как темный ручеек тоски, который холодным ключом обжигал беспокойную душу.

«Не повторять его ошибок? Спасибо, дорогой маг, – фыркнула Лена.

– Но я лучше не буду повторять ошибок мамы».

Она шла по улице с застывшей хмурой маской на лице, все больше убеждаясь, что в злоключениях их семьи была виновата мама. Она держалась не за квартиру, а именно за пропащего мужа. Тратила последние заработанные деньги на визиты к психологам, порой с поездками в другие города, беспрестанно искала новые способы его вытащить, вылечить.

«Да знали мы, что это не Дед Мороз, а папа, которому просто нельзя пить.

Но в тот Новый Год он все равно тайком напился, уже потом, когда вручил нам подарки», – вспоминала их с сестрой детство Лена. Пожалуй, светлые моменты все-таки всплывали в хмуром океане прошлого, но ее с Зиной преследовала постоянная тревога неопределенности. Они никогда не засыпали спокойно, уверенные, что следующий день не сулит очередной срыв отца и пьяную разборку с кучей чужих людей в квартире.

Теперь вроде бы все наладилось. Но что наладилось? Отец просто исчез.

А они жили, надеясь, что их хрупкий недружный мир не снесет очередным порывом беспощадного ветра. И они не слышали друг друга, не понимали и не верили, что все наладилось. К тому же Лене казалось, что мать после всего пережитого втайне все еще любит отца и верит, что однажды он вернется.

«Отвратительно. Нет-нет, я точно докопаюсь до правды, – обещала Лена, но все-таки медлила с проверкой ненадежных адресов. – Может, этот маг мне поможет? Ну, пойдет со мной.