Толстый демон

Олег понимал, что своей текущей должности на сто процентов не соответствует и оказался на ней во многом случайно. Он хороший телохранитель, эту службу знает, но начальнику отдела безопасности крупного холдинга требуются иные навыки. Когда Алла Борисовна принимала его на работу, она нуждалась не в специалисте по экономической разведке или человеке с хорошими аналитическими качествами, а именно в верном помощнике, умеющем обращаться со стволом. Ситуация так сложилась. После смерти ее отца нашлись люди, недовольные доставшимися им кусками, и какое-то время пришлось жить на осадном положении.

Недолго — кое-кто в верхах защитил дочь друга. Ну, а когда цейтнот прошел, ничего менять хозяйка не стала.

Сидевшая на узкой кровати девушка с момента пробуждения выглядела неважно. Как свернулась в комок, обхватив колени руками да изредка с тонким скулежом хватаясь за голову, так и не шевелилась. Вопросов встревоженного брата она словно не слышала, замкнувшись в своих переживаниях и выйдя из состояния прострации лишь однажды.

В ответ на крики разозлившегося Олега она впала в истерику и полезла драться, а затем, когда мужчина скрутил ей руки и уложил брыкающуюся Настасью лицом вниз — задача, оказавшаяся невероятно сложной, — уткнулась в подушку и зарыдала. Но сколько Олег ее ни расспрашивал, получить хоть каких-то объяснений он не смог.

— Сидишь, стало быть?

Доски пола не заскрипели, не было слышно и щелчка замка. Свинтус по-хозяйски вошел в комнату, уселся в жалобно затрещавшее кресло, и только тогда из короткого коридора, ведущего к выходу, послышался цокот каблуков женских туфель.

Хозяйка не стала входить в комнату — остановилась в дверях, прислонившись к косяку.

— Да что здесь происходит! — Мужчина сам не заметил, как оказался спиной к стене и с зажатым в руке пистолетом.

— Помолчи, Олег, — тихо приказала Алла Борисовна.

— А кстати! — прищурился толстяк. — Много он знает?

Настасья невероятным образом умудрилась принять стойку «смирно» в сидячем положении и со сгорбленной спиной. Каким образом ей удалось подобрать позу, создавшую впечатление полной покорности року, для дханна навеки осталось непонятным.

— Ничего, могущественный. В наши дела он не посвящен.

— Ну так придется посвятить, — приказал Шурик. — Пусть знает, кого родней зовет. Что касается тебя и твоих преследователей. Кто они такие и кому служат, мне не ведомо, да и не интересно. Со следа я их сбил, и хватит. Долги признаешь?

Девушка сглотнула, но ответила:

— Признаю.

— Тогда слушай.