Корректировщик 2. Клан Когтей

Вопрос в том, готов ли ты пойти еще дальше, стереть свою личность, превратиться в шепот ветра и дыхание ночи? Путь, на который ты встанешь, выбросит тебя из потока времени.

Ритуальные фразы произнесены.

Фразы, связывающие учителя и ученика.

— Я — никто. Пыль на обочине.

Продолжаю смотреть ему в глаза.

— Везде и нигде, — с легкой улыбкой завершает сделку Харада. — Твой путь ведет в никуда.

Складываю ладони на уровне груди и кланяюсь.

— Хватит пафоса, — пилигрим сбрасывает рюкзак и прислоняет его к стене. — У нас уговор.

Я обучаю тебя всему, что знаю сам. Ты восстанавливаешь мое членство в клане. Есть одна загвоздка.

— Какая?

— Нет больше Клана Когтей, — ухмыляется мой наставник. — Ты — последний представитель рода. Честно, я бы не стал возиться с тобой, но почему-то наши общие враги решили заняться даже бывшими Когтями. В общем, на нас только ленивый не охотится.

— Так себе новости.

— Есть о чем потолковать, — замечает сенсей, сняв пальто и бросив мне в руки. — Приготовь нам поесть. А я — в душ.

Проза жизни.

Я двинулся к шкафу, чтобы повесить пальто.

Глава 2

По гостиной разлился аромат готовящейся еды, с которым не могла справиться даже мощная «геркулесовская» вытяжка. В Империуме концерн «Геркулес» производит бытовую технику премиум-класса. Дорогую, функциональную и надежную. В моей квартире стоит холодильник этой фирмы, а готовлю я на варочной поверхности «Геркулес+». Плюс — потому что работает как от электричества, так и от стихии огня, если захочет постоялец. Я не хочу.

Предпочитаю пользоваться своими способностями аккуратно, без фанатизма.

Знаете, когда по вашему следу идут адепты Равновесия, экспедиторы Приказа тайных дел, бойцы клана Белозерских и неведомые убийцы ваших родителей, вы невольно становитесь скромнее. Предпочитаете держаться в тени, применять магию в крайних случаях и не светить паспортом перед каждым встречным.

Когда я попал в тело семнадцатилетнего Сергея Друцкого, то и представить не мог, что мой славный путь в новом мире начнется с клиники в пригороде Петербурга, куда я угодил из-за аварии, подстроенной корректировщиком.

Я, боевой волхв Ярослав, здесь был никем и ничем. Японцем-полукровкой, усыновленным могущественным российским аристократом. Как выяснилось позже, этот самый аристократ оказался моим дедом, дочь которого сбежала в Сёгунат и вышла замуж за шиноби без имени и прав. Я — сын этого шиноби. Чудом выживший в криминальной разборке и доставленный неведомыми доброжелателями в Питер.