Безликие: Первая Охота

Если кто-то в академии распускает грязные слухи о деле, которым интересовался лично его высокоблагородие исправник Агиона, то ему не поздоровится. Ведь дело явно было нечистым.

— Колись, мразь! Кто! — заорал я, в очередной раз поднимая над головой трубу.

Гринн был довольно сильным и я почувствовал, как швы на левой руке, которой я держал руку старосты на кафеле, стали расходиться. Дело дрянь.

— Баронет! Баронет Имир! Он рассказал! — заскулил Гринн, срываясь в рыдания. — Он сказал!

— И что он сказал?! — для верности я саданул трубой по кафелю у самого носа Гринна, отколов от плитки несколько кусков.

— Сказал, что ты крыса! Что ему отец рассказал! А что еще так я могу показать свою лояльность! Что меня позовут на прием!

— Куда позовут?

— К армейским! На танцы! — скулил Гринн. — После экзаменов баронет устраивает танцы! Обещал позвать!

Мы с Вартаном переглянулись. Дело пахло дерьмом, просто невероятно смердило. То, что я считал просто происшествием, которое быстро замнут, в итоге вылезло мне таким боком… А знали бы эти обсосы, что произошло там на самом деле…

Я поднялся на ноги, встал и мой друг.

Гринн моментально подтянул под себя переломанную руку. Перед тем, как выйти из душевой, я напоследок плюнул на валяющегося на кафеле старосту и сказал:

— Знал бы ты, что там творилось, не трепал бы лишнего, мразь. Там люди погибли, а я не мог им помочь.

После этого мы с Риссом вышли из душевой обратно, в общую комнату казармы.

Сокурсники, как и десять минут назад, тихо занимались своими делами, но по их лицам было видно, что они слышали все или почти все.

— Там, кажется, староста на мыле поскользнулся. И друзья его тоже поскользнулись. Сильно. Сходил бы кто в лазарет… — ни к кому конкретному не обращаясь, громко сказал Вартан.

Уже позже, когда страсти поутихли, адреналин схлынул, а избитых Гринна и его бугаев утащили в медпункт, нам с Вартаном удалось поговорить.

— Ты ему правую руку сломал, кстати, — сказал тихо Рисс.

— Волнуешься, что дрочить не сможет? — с иронией спросил я.

— Да не, для этого у него вон, минимум пара дружков есть… Я про то, что нас могут исключить… Или вообще под трибунал отправить…

Я только покачал головой, укладывая свои вещи в тумбочку.

— Поверь мне, никто нас не тронет. Особенно, когда выяснят причину.