Безликие: Первая Охота

Хотелось по-хулигански щелкнуть каблуками, но подобное было недостойно полицейского; вся эта ересь с высоко поднятыми подбородками и грудью колесом была для аристократов и вояк, мы же, люди гражданских чинов, до подобного опускаться не должны.

— Маловер! — ахнул Негор. — Ты что что тут забыл?!

— Как что? На практику вернулся, вот, три дня как из госпиталя выписали.

Ефрейтор смотрел на меня так, будто бы я умалишенный, а после переспросил:

— Ты что, попросился обратно на практику? Юнкер сказал, что тебя освободили от нее до осени, я уже и вещи твои собрал, думал в казармы отправить на днях…

Мужчина выглядел растерянно, оно и понятно.

Ведь информация о том, что я не вернусь, скорее всего пришла из районки, которой Юнкер подчинялся напрямую.

— Так я это, обратно попросился, господин ефрейтор, — просто ответил я. — Мне же на королевскую подаваться скоро, а там табель нужен… Вот, я опять тут.

— А чего к нам? — не унимался мужчина. — Попросился бы, не знаю, в другой участок, тебя же тут чуть не зарезали!

— А какая разница? — пожал я плечами, всем видом стараясь показать, что это был абсолютно рядовой вопрос и я ничего не скрываю.

— Тем более, я тут уже всех знаю… Это же служба, господин ефрейтор, как иначе? Я же на офицера учусь, будут и другие… происшествия.

Негор только удивленно покачал головой, откинувшись на стуле. Во дает, курсант!

— Ладно. Иди, отметься у господина Юнкера, хотя не знаю, обрадуется он тебе или нет… Нам за тебя таких фитилей кабинет исправника и лично его высокоблагородие вставили… Мол, не бережем молодую смену, и вообще, в нарушение всех уставов… И это, вещи твои в коробке под столом стоят, в архиве.

Разбирай обратно, коли служить вернулся…

Я еще раз козырнул ефрейтору — мне не сложно, на что мужчина ответил мне легким кивком и полуулыбкой, и направился к Юнкеру.

Глава участка и в самом деле был мне не слишком рад, но никаких формальных причин отказывать мне в практике у него не было, тем более, сегодня же должны прийти бумаги из районного отделения, где меня восстанавливают в статусе практиканта.

Первым делом я направился в свой темный угол, который гордо называли «архивом». Вот и знакомая дверь, потянуть за ручку, войти внутрь…

Это оказалось тяжелее, чем я ожидал. Вся мебель уже стояла по своим местам, клетка для вещдоков — отремонтирована, но то тут, то там я примечал следы пребывания той самой твари. Вот царапина на полу, которой раньше не было, вот тут — немного иначе стоит стеллаж, который я опрокинул на дверь.