Не чисть эфир

И когда Кира одна из первых, шлёпнула его игриво по заднице, произнеся:

- Ах ты, шалунишка! – после чего, покачивая бёдрами, отправилась по своим делам, Тоха не понял прикола. Ну, мало ли у кого сегодня игривое настроение?

Второй на интимные заигрывания Барабашки отреагировала уже Леся. Беспоместный в этот момент задержался за ее спиной, просматривая только что распечатанные тексты и не видел, как Нестыковочка пробежалась пальчиками по спине Горошко. Леся обернулась и, увидев стоящего рядом Антона, с улыбкой поинтересовалась:

- Что, нравлюсь?

- Ты о чем? – не понял вопроса Тоха, отвлекаясь на мгновение от бумаг.

- Ну-ну, – усмехнулась своим мыслям нимфа. – Что на счет субботы?

- Субботы? Ах, да! Точно еще не решил, но скорее да, чем нет.

- Ну и отлично! – Леся, разворачиваясь на кресле, словно случайно задела рукой ногу парня и игриво пробежалась по ней пальчиками.

И вновь Антон не сообразил, что происходит. Хотя даже сидящий по соседству Маркус попытался его подколоть, когда Нестыковочка легонько покарябала ноготками его левую ногу, перейдя на ягодицы.

- Тоха, ты чего? – сняв наушники, задал вопрос Маду.

- Я? Ничего… не видишь, работаю.

- Да вижу, что работаешь, только имей в виду, – надевая обратно наушники, пояснил монтажер. – Если что, я не по этой части…

- Хорошо, – вновь не врубился в происходящее Беспоместный.

И вот, когда он в очередной раз шел по коридору, его буквально силком схватила за руку Анна и затащила в свой рабочий кабинет.

Опешивший парень не понял, что произошло, но с любопытством стал разглядывать комнату, удачно разграниченную высокой перегородкой на две зоны. Первая половина помещения была стандартным офисом, а вот вторая – относилась к зоне релакса. Довольно большой диван, прятался за декоративной перегородкой из вьющихся растений. Но более всего удивило Тоху, что у Мавковой имелась собственная ванная комната. Из-за не прикрытой плотно дверки, Антон успел рассмотреть, что там находится унитаз с раковиной и душевая кабинка. Его мозг еще не успел осмыслить происходящее, как Анна, схватив его левую руку и прижав ее к большой, но довольно упругой груди, с придыханием в голосе произнесла:

- Ну, наконец-то! Ты разве не видишь, что я вся горю?!

Ощущение податливой окружности в руке было приятным, но Антон с ужасом понял, что теперь ему не отбрехаться. Либо он сделает то, чего добивалась Анна, либо его секрет вылезет наружу.