Баггер

Страшненькая Олеся… и еще такая, с выразительными глазами, Оленька. Наверное, самая умная. Что-то в ней было. Особенное… «Дурак ты, Олежек, надо чтоб красивые нравились, а ты любишь умных… хотя фигурка у нее была ничего».

Воспоминания лились в мозаику. Разговор не клеился, да и говорить особо… Алена грузилась из-за сестрички. Немудрено, рисунки у девочки. Издали смотришь – мило и по-доброму, а приглядишься – цветочки из покойников заплетаются, и не груши с яблоками, а смерть какая-то. У девочки талант, но крышка едет.

Ольга почему-то упомянула о маме и как-то ушла в себя…

– Расслабься, какой-то ты сегодня скучный и вялый, – пытался глумиться Славик. Ему тоже было как-то не так. Еще одна важная деталь – проблема с деньгами. Покушаться на наличность дам, не хотелось, а в кармане была мелочь. На пиво, или на проезд. Ольге позвонила мама, и она упорхнула. Два мальчика, две девочки. Память подходила к чему-то важному. К чему-то, что было вытравлено напрочь.

Оранжевое! Олег никак иначе не характеризовал это чувство.

Только цвет и какое-то предчувствие. Как будто определенные части мира окрасились в оранжевый сепий. Потом подсели Санек с Клювом, но причина не в них. Олег множество раз ощущал это чувство и ждал от жизни сюрпризов. Они как море после бури, думал он как-то, не всегда похожи на сокровища.

Подарочек подсел беззастенчиво. Лет сорок, стриженый, прилично одетый. На вид успешный человек, возможно, в прошлом военный.

– Не возражаете? – Он присоединился, и от его лопатника пошел сепий.

Снова терпкий привкус и предчувствие. Пиджак оказался милым дядькой, был студентом. Потом в армию загребли. Бухал много. Увидел нас и вспомнил своих друзей и студенчество забило в памяти фонтаном. Вот только глазки у него были недобрые. Буравчики этакие. А потом покатилось.

– Не откажете в услуге?

– Какой?

– Любой каприз за ваши деньги, – произнес свою коронную Славик.

– Есть у меня прихоть одна, – он процедил мягко и слегка натянуто, – Хочу вам проставиться.

– В смысле? – девчонки хихикнули, а у Славика зажегся огонек алчности.

– Нормальное бухло и не только бухло. Проставляюсь по полной.

Дальше объяснение. Богатый человек, некуда деньги деть, скука по молодости. Что-то не то…

– Я хочу купить у вас вечер среди вас.

– Мы что, клоуны?

– Нет, аниматоры.

Потом какой-то чес про лучшие намерения, про исполнение желаний, оранжевый лопатник на столе. И деньги. Потом мартини. Еда.