Принцип отражения

Ионову показалось, что он даже ощущает отголосок боли, испытываемой Нереальностью. Сотня нерилов постоянно раздирает ее на части, а единственное, что она может противопоставить наглым грабителям – кучку допотопных рептилий.

Он бы тоже озверел…

Бриан сказал, что Игорь рвет пространство. А нельзя как-нибудь проходить насквозь? Сначала парень представил себе зеркало, в котором отражался он сам – в сползшей на лоб шапке, с красным носом и крайне усталым видом. Потом добавил к своему отражению Олесю – тоненькую, яркую, в полосатой куртке не по сезону и слизеринском шарфе.

Рядом испуганно охнула подруга: Матвеев, не сумев продавить вуаль, первым перешел в Нер, выпустив руку подруги. Времени на сомнения не оставалось. Игорь чувствовал, как дрогнули пальцы Синицыной, приготовившись вырваться из захвата его руки. Если это произойдет, он точно потеряет концентрацию.

Отражение в зеркале зарябило, будто вода.

– Что за… – начала девушка хриплым, не своим голосом, и Ионов решился.

Выдохнув, Игорь представил, что зеркало превращается в ровную гладь, в которую надо только нырнуть – ни им, ни Неру не будет больно, просто сомкнется над головой прозрачная толща.

И он шагнул в застывшую воду.

А за ним в Нереальность перешла Олеся.

Олег, увидев их, подпрыгнул вверх и взмахнул своими огненными крыльями.

– Ты бы хоть головой подумал, чармандер[3], – сообщил Ионов, когда Олеся, издав громкий вопль, с ужасом отпрянула от преобразившегося в яркий факел друга и едва не уронила Игоря.

Парни переглянулись, почесали в затылках и, убедившись, что поблизости не бегают какие-нибудь голодные мерви, занялись просвещением подруги. Впрочем, быстро справившись с эмоциями, девушка уже подалась вперед, жадно впитывая информацию.

– …Круто! – Синицына бегала по небольшой площадке между домами, поднимая берцами клубы пыли и песка. – Ю-ху!

Подпрыгнув, она уцепилась руками за выпирающую сломанным ребром балку, подтянулась и полезла дальше, легко находя опоры для рук и ног в выщербленных стенах.

Занимаясь спортивной гимнастикой с четырех лет и посещая скалодром каждую неделю, Олеся могла себе позволить и не такое. Забравшись на уровень третьего этажа, она села на крошащийся подоконник и замерла, смотря в сторону горизонта.

Матвеев и Ионов наблюдали за подругой снисходительно.