Диггеры: Тайна Подземелья

Но знает, что это не поможет…

Вадим распахнул глаза, судорожно глотая ртом воздух. Его бил озноб, а сердце колотилось так, словно он только что окунулся в прорубь с ледяной водой и его чуть не унесло под лёд течением. Утерев с лица холодный пот, парень сел, рукой осторожно касаясь разрывающихся от боли шрамов. Да уж, это явно оставила не собака. Маловато у мамы фантазии.

Сквозь занавески пробивался слабый утренний свет. Потребовалось некоторое время, чтобы Вадим смог прийти в себя.

Поняв, что больше он не заснёт – а спать расхотелось вовсе – парень взял со стола оставленную на нем цепочку с камнем, принимаясь задумчиво вертеть его в руках, думая о своем.

Странно, что тогда, при встрече с тем монстром, Вадим не погиб. Хотя удар был точно направлен на убийство, причем какое-то небрежное: такими когтями не то что семилетнего ребенка - здорового быка легко разрубить напополам. Но и такие раны были бы смертельны для любого, даже взрослого человека. Тем удивительнее, что монстр его не добил.

Но что ему помешало, и почему Вадим остался в живых – до этого момента его сновидения так и не доходили, обрываясь на взмахе когтей и чувстве ужасающей боли… Кстати, а что это за странная трещинка на камне?

Пытаясь отвлечься от неприятных мыслей, парень получше всмотрелся в матовую поверхность медальона. И действительно: одну сторону камня серебряной паутинкой покрывала тоненькая трещинка, доходящая почти до середины и имеющая несколько ответвлений. Интересно, как она образовалась? И вообще, зачем нужен этот камушек, чего в нем такого особенного?

Камень в руках у Вадима потеплел.

Но не от рук, а сам по себе, словно отзываясь на его мысли. Парень невольно улыбнулся, пальцем осторожно проведя по трещинке и будто погладив этот необычный черный камушек. Было в нем что-то такое особенное и… знакомое, что заставляло забыть о плохом. Почему-то вдруг сложилось стойкое впечатление, что этот медальон принадлежит Вадиму. Не тому незнакомцу из подземелья, а именно ему. И никому другому.

Как странно…

Немного подумав, Вадим надел цепочку на шею. Черный камень как родной устроился у него на груди, будто всю жизнь тут висел. А то тепло, которое он излучал, расползлось по коже и остановилось на шрамах, снимая боль и даря спокойствие. Пожалуй, тот человек был прав – лучше его не снимать. Да, честно сказать, и не хочется.

Парень лег обратно на подушку, закладывая руки за голову и смотря в потолок.