Единственная на всю планету - Книга 1

Я не хочу оставлять в живых, несмотря на стирание памяти. Мерзавец он первостатейный.

Минут десять они стояли молча. Ещё не начало темнеть, и было хорошо видно приближавшийся со стороны города легковой автомобиль. Вот он свернул и въехал на мост. Они по-прежнему не переговаривались ни мысленно, ни вслух. Всё уже было обдумано, и роли распределены. Машина остановилась у спуска, и из неё вышли двое мужчин.

– Зачем ты меня сюда привёз? – спросил Васильев. – Как здесь можно узнать, из-за чего погибли мои люди? Прошло столько времени.

– Я могу рассказать, – сказала вышедшая из-за кустов Ольга. – Я приказала им утопиться, и они послушно выполнили моё приказание. И вы сейчас сделаете то же самое. Только машину топить не станем, она пригодится Игорю Юрьевичу. Нор, возьми ключ от багажника и неси всё сюда.

– Как это понимать, Игорь? – отступив от них, со страхом спросил Васильев. – Ты с ней сговорился? Почему?

– Потому что я не тот Бортников, которого ты знал, – ответил дор. – Он остался запертым в этом теле.

– Как это? – растерялся Васильев.

– Давайте я вам объясню, Павел Максимович, – сказала ему Ольга. – Напоследок можно. Вы или выполните то, что от вас потребуют, или умрёте. Смерть при утоплении не очень приятная и довольно долгая, но тут уж я ничем не могу вам помочь. Нор принёс пару наждачных кругов, взятых на заводе господина Бортникова. Они килограммов по пять, так что тело с гарантией не всплывёт. Сейчас мы их к вам привяжем, и сами зашагаете в воду. Не верите? Ну и зря! Демонстрирую.

С застывшем на лице ужасом Васильев быстрыми шагами направился к воде.

– Хватит, – остановила его Ольга. – Выслушайте внимательно предложение. У вас есть выбор: или вы, обвешанный этими кругами, идёте топиться, или передаёте права на своё тело другому. При этом сохраняете жизнь и возможность чувствовать всё, что почувствует ваше тело, вот только управлять им не сможете. Могу успокоить тем, что ваш сменщик не имеет отношения к мазохистам. Он любит жизнь и все её радости, и вы получите их не меньше, чем он, не ударив палец о палец.

– Сука! – с ненавистью выкрикнул ей Васильев. – Хрен тебе, а не тело!

– Жаль, – с сожалением сказала Ольга. – Но я не собираюсь вас упрашивать. Желающие отдать свои тела найдутся и без вас, а смерть – это окончательно. Не хотите подумать о семье? Ваш сменщик их не бросит, а одним им будет трудно. Мне жалко вашего Валерку. Он хоть и с гнильцой, но не такой безнадёжный, как Владимир.