Навет старого колдуна

-Хорошо, мама,- Света мужественно уцепилась руками за толстый канат,- я надеюсь, что все будет хорошо, и мы все спасемся. 

   У Лиды пересохло в горле, страх за детей рос где-то внутри живота и сжимался в клубок. Она дотянулась до каната, схватилась и начала передвигаться, перемещая руки. Когда сиденье осталось позади, и ноги зависли в воздухе, стало очень страшно, но это был единственный путь к спасению. Ждать еще час или два, что канат закрутится, отдать детей и себя на растерзание грозы в горах – было еще страшнее.

-Света, держишься?- подбадривала она дочь.

   Порывы ветра, как будто поняв, что люди хотят вырваться из плена, усилили свое рвение и начали налетать с утроенной силой, обдавая зависших людей, ледяным холодом. Темень сгущалась еще больше, уже плохо различались в темноте очертания гор, сиденья, земля, далеко под ногами.

-Света, еще немного и будут кресла,- Лида молила Бога, что бы он дал всем силы, выдержать это испытание,- и ты немного отдохнешь.

   Девочка не отвечала, она сжала зубы, стараясь  всю силу собрать в руках, но, держать себя на весу и двигаться, было трудно. Наконец, добрались до ближайших кресел. Держась за маму, Света достигла сидений. Лида спустилась следом и перевела дыхание. Оглянувшись, онаразглядела в темноте Валю с Димой, опустившихся в их кресла, а за ними зависли еще двое.

   Валя стояла в кресле на ногах и прижалась к железной трубке, соединяющей сиденья и канат. Ладони нестерпимо горели, их было больно даже сжимать. А, надо было двигаться дальше. «Еще два пролета,- прокричал ей Дима,- Валя, надо выдержать. Ладони горят? Надо потерпеть. Еще немного, мы спустимся на землю и самое страшное закончится. После каждой молнии считай до десяти и готовься к грому, что бы он тебя сильно не напугал».

   Над головой опять сверкнуло и, на миг стало светло больше, чем днем. Лида прижала к себе дочь и сжалась в ожидании раската. Такого грома она еще не слышала. Казалось, что совсем рядом, взорвались тысячи снарядов, а волна от взрыва разметала горы в разные стороны. В ушах зазвенело, зашумело, женщине показалось, что она оглохла и ослепла, и что, она вообще больше не существует. Руки и ноги не слушались, голова шумела.