Светотень

Наташе сразу в ней понравилось. Особенно собственная комната!

– Интересно, а кто здесь раньше жил? – спросила она вечером.

– Одна женщина. Решила продать, для нее квартира стала слишком большой. Я ее видел всего один раз, когда мы оформляли предварительную сделку. Потом дела вел через риэлтора, – ответил отец. – А что?

– Да так, ничего… Просто интересно.

Ночью она опять видела странные, тоскливые сны. Наташе снилось, что она потерялась и блуждает в кромешной тьме, голодная и холодная, брошенная всеми на свете.

Только одинокий лучик света струился из старой лампы, которую она держала в руках. Мама и папа куда-то пропали. А из темноты кто-то жадно следил за ней. Того, кто скрывался во тьме, отпугивал свет.

Потом она куда-то бежала, кого-то звала, о чем-то просила… Ее преследовало чудовище, но она все никак не могла разглядеть, кто скрывался в темноте. Только отблеск на черном панцире и какие-то ворсинки на теле, как у мохнатой гусеницы, и блеск остроконечных мелких зубов, и шорох в ночи, и мгновенный испуг, когда к тебе тянется чужая… лапа? И отстраняется, стоит на нее упасть лучику света.

– Мама! – вскрикнула Наташа и проснулась.

Сердце бешено билось в груди. Волосы спутались и свисали на лицо. Все тело покрыла испарина, и пижама насквозь пропиталась запахом страха.

«Нет, что-то здесь не так».

Наташа чувствовала это, откуда-то знала, что зло было не выдуманным, а самым настоящим. Эти страшные сны начались не сразу после переезда, но теперь преследовали ее с завидным постоянством.

Однажды она пожаловалась родителям. Они решили, что это связано с переездом, переходом в новую школу и сменной обстановки. Так что девушка перестала говорить об этом.

– Надо что-то делать. Что-то делать надо!

Девушка встала и поплелась в душ.

***

Охотник, расправившись с тварью в бассейне, снова вернулся к прерванной миссии. Он отправился по адресу, который дал ему смотритель кладбища, и с удивлением признал знакомый двор.

Именно сюда его привезли после ранения те молодые люди! Но тогда он не почуял в воздухе дуновения зла.

Слишком утомился от схватки с нежитью?

– Теряешь чутье, – пробормотал он.

Или… может, труп младенца потревожили позже? А тогда не было повода для беспокойства. Сейчас же все, кто жил в этом доме и соседствовал с той самой квартирой, находились под угрозой.

Охотник подождал, когда к двери подойдет один из жильцов, и вошел следом.

– Вы к кому? – недружелюбно буркнул жилец.

– В двадцатую.

– Понятненько.