Алиса

- Да, кстати, Алиса Сергеевна, мы с вами сидим за столом руководства, - с гордостью произнесла Полина, - Павел Петрович лично распорядился.

- А по остальным?

- Тоже, - подтвердила секретарь, - схему рассадки я у шефа утвердила и всем разослала.

Алиса повеселела, ну хоть что-то решили без долгих обсуждений. До последнего она ожидала, что будет целое совещание со всеми начальниками отделов, где опять начнётся перекидывание взаимными оскорблениями и борьба за лучшие места. В прошлом году творился форменный цирк, дошло аж до драки между начальником транспортного цеха и начальником строительно-монтажного управления.

- Знаешь, - произнесла она, обращаясь к Полине, - а пойдём-ка вдвоем сходим и сразу по призам узнаем и по участвующим в лотерее.

- Давайте! - с готовностью вскочила секретарь и Алиса, закрыв свою учётку и заперев кабинет, поспешила вслед за ней на седьмой этаж.

Правда, по дороге совсем без эксцессов не обошлось.

- Почему одним всё, а другим ничего! - возмущалась её подчинённая, - я здесь с самого начала работаю, и меня за стол АУПа, а эту… эту… к руководству. Где справедливость?!

Чуть приостановившись, Алиса только покачала головой, вечно завистливая баба и тут нашла в чём усмотреть ущемление своих прав, и ведь не поленилась, выискала где она сядет. Захотелось подойти и в грубой форме объяснить, чтобы та не лезла не в свои вопросы, но Алиса сдержалась, опускаться тоже до уровня базарной бабы не было никакого желания.

Придав лицу независимое выражение, чуть задрав подбородок, девушка прошла мимо зыркавшей исподлобья Геннадьевны, демонстративно ту не замечая. Невольно поймала буквально сочащуюся ядом ненависть, больно ярко подчинённая ею фонтанировала, и словно шёпот уловила идущую от неё мысль, - Сука, тварь, возомнила о себе, сдохни, сдохни, сдохни…

Алиса чуть не сбилась с шага, настолько яростной было это пожелание смерти, а затем, с внезапно вспыхнувшей яростью, схватила тянущююся к ней пульсирующую нитью мысль и пустила по ней ответный импульс, словно отвесив виртуальную пощёчину.

- Ой, - раздался за спиной жалобный, такой несвойственный Геннадьевне голосок.

Быстро обернувшись, Алиса увидела женщину, прислонившуюся к дверному косяку, бледную и держащуюся за сердце.