Психушка монстров

Когда несуществующее эхо замерло, Валька устало рухнула обратно на стул, перед двумя чашками с нетронутым кофе.

- …мой компас земной… - как будто послышалось откуда-то. Тонкий девичий голос, дрожащий, словно напуганный.

- Ма-а-ам… - начала было Валька, но оборвала рвущийся с губ вопрос, совершенно точно осознав, что голос очень похож на Ксюшин, и мама вовсе не включала Анну Герман среди ночи.

- А удача – награда за смелость… - неуверенно присоединилась Валька, понимая, что не помнит ничего, кроме припева.

Она озиралась по сторонам, в поисках источника звука, но песня в исполнении подруги, казалось, звучала сразу со всех сторон.

Припев не успел закончиться, как чмокнула дверца холодильника (а он в доме семьи Крюк был старый, огромный, внушительный такой), и Валька тут же забыла всё на свете – по нескольким причинам.

Ну, во-первых, любой бы испугался, если его бытовая техника начинает двигаться сама собой.

Во-вторых, в распахивающейся двери девушка увидела вовсе не полочки с кастрюлями, мисками и свертками с едой, а чужую комнату, с письменным столом и окном – больше она ничего разглядеть не успела, потому что случилось в-третьих, а именно – из холодильника, внутри которого был виден интерьер незнакомой гостиной, шагнула Ксюша.

* В тексте приведены фрагменты песни «Надежда» (слова Н.

Добронравова, музыка А. Пахмутовой)

Глава 16. Эдик. Контракт

После убедительной просьбы гостьи Эдик удалился «к себе», хоть и только одну ночь (или день, парень не очень чётко представлял себе, сколько прошло времени) провёл в этой спальне, но из всех комнат на роль «дома» она подходила больше всего. Вернуться в свою квартиру ему пока что явно не светило, значит, нужно как-то обустраиваться здесь, а в таком деле первая необходимость – это внутреннее ощущение… пусть не дома, но хотя бы чего-то своего, постоянного, не чуждого.

Однако со «своим» было туговато, рюкзак Эдик где-то посеял, видимо, на той стороне… Или уже на этой, но на улице. Положа руку на сердце, он плохо помнил последовательность ночного бегства через ЖК «Старая Дубрава», подробности ускользали, как фрагменты старого кошмарного сновидения.