Книга третья. Несносный тип

Мы жили мирной и сытой жизнью, а здесь нам сунули в руки оружие и вынудили охотиться на смертельно опасных тварей. Есть еще одна поговорка: «Когда у тебя в руках молоток, всё вокруг становится похожим на гвоздь». Нам нет смысла ценить окружающих. Это не наш мир. Не наша история. Даже призвали нас сюда – не вы. Проще говоря, для Должника очень мало различий между ихорником и обывателем. Первый опасен, а второй бесполезен. Оба могут сдохнуть, чтобы принести киду пользу. Понимаете?

– Не понимаю, к чему ты клонишь, – признался гном.

– Меня не успели затравить и озлобить, мастер Рейхгарден. Не буду стрелять в желтоглазых, пока не увижу, гарантированно не увижу, что они становятся опасны для себя и для окружающих. Вот тогда – всё.

Мастер не подал виду, но я видел, что мои слова его слегка успокоили. Он просто не понимает, что стоит мне начать отмораживать, в надежде, что желтоглазые испугаются и затихнут, как эффект может быть прямо противоположным. Ни для кого не секрет, что я харизмат, да еще и отец. Задавят.

Да и «пули восстания» в оружейной не бесконечные.

– Вот! – сначала на стол грохнулось что-то тяжелое и пузатое. Пока я разглядывал кургузый толстоствольный автомат, больше всего похожий на барабанный гранатомет на четыре гранаты, Рейхгарден приволок еще два явно тяжелых ящика, с удовлетворением грохнув их об пол. В одном оказались патроны и запасные магазины под «барабанник», а во-втором…

– «Пули восстания»? – задрал я свои белесые брови.

– А ты думал их что, Баунд рожал или Ахиол делает? – хмыкнул в бороду гном, – Забирай своё барахло и вали уже.

Надоел так, что прямо руки опускаются!

Пришлось подчиниться, навьючиваясь подобно ослу. Да и поторопиться уже стоило, у Таскримы очень скоро должна была закончиться смена в «Апатии» …

Глава 5. Похмелье от малодушия

Труп смотрел в зенит остекленевшими глазами. Кровь, щедро разбрызганная вокруг, уже вся была высушена неумолимым солнцем. Даже скрюченные и изломанные конечности убитого слегка усохли, что уж говорить про его внутренности, щедро раскиданные по округе… Жуткое зрелище.

Конечно, я видел трупы и делал их сам, но такое – совершенно иной уровень. Никто в здравом уме подобное не совершит, да и свихнувшись, тоже воздержится. Здесь передо мной лежал продукт действий существа, планка которого улетела наглухо и давно. Иных мыслей просто не возникало.

– Что скажете, шериф? – голос Ахиола был полон умеренного любопытства, – Это, всё же, прямо по вашему профилю. Даже обоим.

Я вздохнул, закуривая.