Мозаика (книга 2)

Долги, проклятые долги. Если мачеха узнает, выгонит из дома.

Тевейра смотрела в зеркало, не отрываясь. Вчера, утром, она считала себя красавицей. Многие так считают. Высокая, светловолосая, лицом – точь-в-точь те легендарные основатели Дома Фаэр, потомком которых она является. Но это всё было вчера – а сейчас по ту сторону зеркала стояла дрожащая, заплаканная замарашка. Не водила дружбу почти ни с кем – и осталась одна. Некому рассказать о несчастье.

Но кому расскажешь о таком? Тевейра прислонилась лбом к зеркалу, и дала волю слезам.

Пусть ненадолго, но стало лучше.

...Первым делом она стёрла этот знак, кошачью лапку. Долго отмывалась, долго смотрела на те места, к которым прикасалась черноволосая. Там ничего не осталось, но всякий раз, прикасаясь к затылку, груди и животу, Тевейра чувствовала себя так, словно трогает нечто липкое, отвратительное, зловонное.

«Следите за всеми их перемещениями. Докладывайте обо всех контактах».

Следила. Докладывала. Обрадовалась, глупая, что заплатили аванс – можно вернуть долги.

И всё. Больше – никаких игр, никакого тотализатора. Никаких весёлых вечеринок в заведениях, где за один только ужин нужно отдать десять стипендий.

«Вы ведь уже работали “кошечкой”, верно?»

Откуда они узнали? Великое Море, как просто всё было первые два раза. Отыскала двух богатых лентяев. Ничего почти и не было – подумаешь, верхний пояс. Зато деньги, и какие... Ничего особенного. Но если бы узнали родители, если бы узнало руководство института... Но не узнали. И было ещё раз, и ещё.

Шесть раз. Никакого риска. Просто развлечение, что бы там ни говорили дома. Ну да, противоречит клятве медика – но кому, кому нанесён вред? Кому?

«Просто сделайте это ещё раз. Если сумеете, добавьте ей в питьё вот это и больше мы вас не потревожим. Никогда».

Шантаж. Он может только начаться. Конца ему не бывает. Глупая Тевейра, ты ведь знаешь это. Но... есть долги. И есть мачеха, которая держится старых традиций. Она не верит слухам, но ей ведь докажут, пришлют фотографии.

— Что мне делать? – спросила Тевейра у своего отражения.

Аванс за услуги агентству национальной безопасности привёл её в состояние беспечности. Тевейра посмотрела на шкафчик, где лежали остатки тех денег. Ты продалась, Тевейра. Теперь – продалась. Быть «кошечкой» – такой пустяк по сравнению с этим.

Она подошла к окну. Отсюда прекрасен виден парк и фонтан. То самое место, где назначена встреча. Нет. Ни за что. Тевейра так и не выспалась – голос Мегин теперь будет мерещиться отовсюду.