Белый волчонок

— Но в первое время тебе не стоит заниматься одному. И по этой причине тоже.

Так я за несколько часов не смог даже заштопать одну дырку? Я расстраиваюсь, но тут же беру себя в руки. Дело сдвинулось с мертвой точки, это главное. Как там говорил тот скрипучий капюшон? Потом порефлексируешь.

— Езжай домой, подкрепись и отдохни. Выспись хорошо. Это не забота, необходимость. У тебя будет уходить колоссальное количество энергии. Не будет сил - не справишься. До завтра, Игорь.

Ну наконец-то хоть по имени обратилась. Я киваю и еле поднимаюсь с дивана.

Тело затекло, но мышцы болят так, словно я в планке стоял несколько часов, а не голову напрягал. То есть ноет равномерно все.

Верховная, попрощавшись тут же садится за стол и перестает обращать на меня внимание. Меня провожает та же невзрачная женщина, что и встречала. С Ярославом я связываюсь, только когда оказываюсь на улице.

Воздух - вкусный, теплый, летний, вдыхает в меня немного сил. Да и вообще на улице становится полегче, чем в закрытом помещении.

Может мне практиковаться на лужайке в нашем парке?

Ждать мне приходится недолго. Я безошибочно слышу приближение «Мустанга» брата по визгу тормозов и хаотичным гудкам машин.

Яр выглядит раздраженным и немного помятым, так что домой мы едем молча. Я извиняюсь и получаю в ответ только кивок. Мол, принято, отстань.

Зато в особняке я отрываюсь за ужином. Перехватываю Славу и так жалобно прошу огромный кусок мяса, что заставляю ее рассмеяться.

И, к своему счастью, ужинаю я раньше всех, а поэтому один.

Можно не думать о манерах, которых я не знаю. И светских разговорах за столом, о которых я знаю еще меньше.

Я жру так, что сам себе удивляюсь. В меня влезает все - хлеб, гарнир, салат, мясо и даже пирожки с чаем, которые мне подают после основного блюда. Еще и пару конфет уминаю, что совсем не в моем духе, сладкое я никогда не любил. Такого голода я еще не чувствовал.

Верховная бабушка, судя по всему, не преувеличивала. Хорошее питание и сон - не самые плохие условия для успешного обучения.

— Господин желает еще что-нибудь? — Слава, довольная, словно она сама все это готовила, стоит рядом, скрестив руки на белоснежном переднике.

Не смотря на то, что я начинен едой как тот языческий рождественский гусь, голод во мне шевелится. Да так, что я немного придвигаюсь к столу, прикрываясь длинной скатертью.

Нет, такие побочные эффекты мне не нужны. Домоправительница меня привлекает, но непонятна ее связь с братом. Да и вообще допустимость такого.