Белый волчонок

Возвращаю на место книгу, с которой так и стою в обнимку, и подхожу к брату. Снова это обеспокоенное лицо. Шутник хренов, больше ты меня не проведешь.

— Будь осторожен. Это Панаевский.

Фамилия, озвученная даже таким трагичным тоном, мне, естественно, ничего не говорит.

— Он из службы безопасности империи. Это проверка, Игорь. И этот человек способен поджарить тебе мозги в одно мгновение.

Глава 8

Я делаю глубокий вдох, вспоминаю шикарный ужин. Что я молодец и сегодня справился. И. Вообще.

— И зачем ему поджаривать мои мозги?

Брат тянет меня из библиотеки к лестнице.

— Давай по пути. Терпением безопасники не отличаются. Глеб Панаевский - куратор по вопросам посвященных. Ритуалы, в основном, проходят без осложнений. Но бывают исключения. Как, например, с тобой.

Мы спускаемся наполовину, тут Яр останавливается. Прислушивается и продолжает:

— Там его дед отвлекает, но времени у нас в обрез. Так что слушай очень внимательно. О потере памяти ни слова. Это не то же самое, что потеря контроля, но близко.

Панаевский даже думать не будет, сразу в расход пустит. И никто не поспорит, они обладают такой властью, палачи империи.

В его голосе помесь страха и уважения. И даже немного зависти. Не разобрать точно, но такая адская смесь беспокоит и меня.

— Вытащить из тебя он сможет абсолютно все, только дай слабину. Чуть засомневаешься, чуть сдвинешься со своей позиции - все, конец. Так их родовой дар работает, малейшее сомнение и он сможет остановить тебе сердце. Или разорвать его изнутри.

Таково правосудие богини Мафдет.

Вот от этого я сильно охреневаю. А как насчет судьи, присяжных, адвоката и прочих декораций? Перешел дорогу на красный свет и выплюнул измельченные внутренние органы? Ничего себе тут правосудие.

— Да не смотри ты так. Соберись. Помедитируй, мысленно вздрочни, не знаю. Успокойся. Небольшой страх это нормально, их все боятся, по понятным причинам. Но ссать кипятком в штаны не надо. Вцепится сразу же.

Я пытаюсь переварить услышанное, чтобы определить степень угрозы.

Но в голове тревожно звенит набат. И, конечно же, не вовремя просыпается сила, поднимаясь на защиту.

— Ты меня понял? — Яр меня встряхивает за плечи.

— Понял. Не ссать кипятком, — встряска помогает сбросить оцепенение и угомонить силу.

У меня включается режим боевого сарказма. Брату это не нравится, но сделать он ничего не успевает. Хотя на мгновение возникает чувство, что я сейчас получу по роже.

«Время вышло. Быстро сюда!» - басисто орет в голове дедом.