Бич сновидений

— Я же говорю, это пустяк, — резко оборвал его вопросы писатель.

Феликс не стал настаивать. Возможно, Чжен не запомнил, что случилось, вернее - его воспоминания безжалостно стерли.

А возможно, напротив, хотел бы - да не мог - позабыть, что произошло с его рукой.

Ученику Нестора была знакома эта практика дэймосов. Он сам видел пару коробок с отрезанными частями тел в тайниках учителя. Полный контроль над жертвой с помощью подобных трофеев.

И по всем признакам, Чжен был на крепком крючке.

Нарушена система терморегуляции.

Ему жарко, хотя в комнате реальный холод. Он перестал следить за собой — первый шаг к затяжной депрессии. Окно не занавешено — сам того не понимая, он дает возможность постоянно наблюдать за собой.

— Вы убрали книгу из Сети?

— Убрал. Но что-то подсказывает, в этом уже нет смысла. — Тот протянул Феликсу смятую пачку.

Юноша взял сигарету, но не закурил, хотя очень хотелось, просто поджег ее и держал в пальцах, затянутых тонкой тканью перчатки, время от времени стряхивая столбики пепла на пол.

— Не думали уехать? — спросил дэймос.

— Полагаете, от них можно бежать? — глухо рассмеялся Чжен. — Я сомневаюсь.

— А вы не пытались?

— Нет, — он тяжело опустился на кровать, заскрипевшую под его весом. — Никакого смысла. Мне намекнули, что они везде. И всегда найдут, куда бы я ни шел.

— Я могу почитать вашу книгу? — Феликс ногой выдвинул табурет из-под стола, сел напротив писателя.

— Зачем вам? — с прежней усталостью спросил мужчина. — Впрочем, читать нечего. Я уничтожил все материалы.

В комнате повисла пауза, наполненная посторонними звуками: скрипом полов в соседних квартирах, капаньем воды.

«Апатия», — думал Феликс, рассматривая собеседника. — «Подавленная воля. Ну, и физическая боль. Таким человеком легко управлять».

— Чжен, заварите чаю. И заодно расскажите, как вы работали с Икаром Стратосом.

Тот послушно поднялся. Шагнул к кухонному углу, отодвинул занавеску, за которой скрывалось несколько полок. Но затем замер и настороженно оглянулся на гостя.

— Работал, но… Это было какое-то время назад… Давно.

И я не сохранил с ним никаких контактов.

Чжен порылся среди мисок и плошек, достал чайник из темной шершавой глины, такие же маленькие чашечки, поставленные одна в другую, каменную ступку и узкий стальной нож. В общем, все для заваривания пуэра. А вот и сам он — круглая спрессованная плашка зеленовато-черного цвета. От нее пахло землей и сухими корнями.

— Двадцатилетний Пуэр, — пояснил бэйцзинец. — Произведен в провинции Юньнань.