Ходящий по улицам

И быстро утопает.

Всё тело сгинуло в пожаре мук. Язык повис. Глаза ослепли. Лишь разум, верный друг, тянул сознание наружу.

Вдруг вспышка боли пошла от паха вверх. Вонзилась в мозг, заставив разомкнуть глаза, и, сделав чёртов вдох, он проорал: “Акула!”

Очнувшись, как дитя буквально после родов, Слава с трудом собрал картинку перед носом. Радоваться или огорчаться – поначалу он не мог понять. Но был в одном уверен точно: глубинный монстр сгинул с глаз, сменившись юной девой, и именно она была причиной той дикой боли.

Её губы, глаза и нос засели сразу в голове у Славы. Может, она и не идеальна, но красоты такой давно он не встречал.

Девушка что-то бормотала, затем кричала, снова сменяла гнев на милость, но Славе было уже всё равно, о чём она с ним говорила – он вновь обрёл цель в жизни.

И вот сейчас, заглядывая в покрасневшие от боли, от обиды и усталости глаза Даши, Слава не мог позволить себе снова потерять цель в жизни. Он подчинился требованию рыжебородого, понимая, что так будет хоть какой-то шанс спастись.

Вернувшись с двумя канистрами, увидел в руках мужчины подводное ружьё, взведённое гарпуном и нацеленное ему в лицо. Слава не удивился, не испугался. Он знал, что так и будет.

По центру комнаты, на стуле, сидел щупловатый парень и истекал кровью. Голова смотрела в потолок, безжизненно висели руки. Зайдя первый раз в комнату, Слава заметил, что сидеть на стуле ровно ему мешал гарпун, торчавший из спины. Теперь гарпун был там, где надо.

- Поставь канистры у стены! – приказал рыжебородый, демонстративно вскидывая ружьё.

Слава подчинился: поставил канистры и обратно встал в дверях. Вопросительно перекидывая взгляд с женщины на мужчину, он ждал, когда они снова заведут с ним разговор, прогоняя в голове возможные исходы сегодняшнего дня:

“Резких движений допускать нельзя. Может первым завести с ними любезный разговор – нет, женщина совсем отчаялась, наглость может нас сгубить. Сейчас любой в этой комнате стоит на пороховой бочке.

Щелчок, треск, мышиный писк (хотя откуда ему взяться) и мы горим. Устроить торг или попробовать договориться – тоже не подходит: могут не поверить, да это им и не нужно. С угрозами рот лучше вообще не раскрывать. Люди настроены серьёзно, в глазах читается отчаяние, злость и месть. Но это в глазах женщины, что у мужчины на уме – не разобрать – очки мешают, да и опасности он не представлял. Надо выждать. Время потянуть. Рискнуть и снова подчиниться.