Новогодние приключения

Например: человек много лет назад пропал и из книги живых его вычеркнули, а бедные родственники всё ходят и ходят, просят найти, с собачьей преданностью заглядывая в глаза. Отдают последние деньги. А проходимцам и шарлатанам — всё хлеб. Кто-то не верит врачам и бегает по целителям, готовый пить всякую гадость, лишь бы помогло, а кто-то пытается вернуть любовь с помощью совершенно похабных ритуалов. И все они хотят выговориться! Все они выкладывают, как на духу, свои самые сокровенные секреты на потеху таких вот проходимцев, а те и рады, назначают за сеансы бешеные деньги и совершенно не гарантируют результат.

Иные клиенты, побогаче, превращаются в постоянных дойных коров, которых кормят надеждой. Экстрасенсы называют это — мягкой диетой, а Валерий Васильевич ещё проще — кормление завтраками.

Уходя, на прощание Денис напомнил своему напарнику про карму и про то, чтобы тот ни в коем разе не вздумал применять тяжёлую артиллерию. Валерий Васильевич выпучил было глаза, но Денис остался непреклонен. Мол, хочешь подзаработать, работай честно и иначе никак.

— Честно, — бормотал Валера, пододвигая к кровати стол, за которым собирался принимать посетителей. — Как ты себе это представляешь, гнус? Лёгким движением мозгов усложнил нам работу. Сам-то, порхая крылышками улетел, а я тут выкобенивайся.

Впрочем, Валера любил сложную работу. Обмануть по-честному, это всегда пожалуйста. Дениску особенно. Так обману — крякнуть не успеете.

Выставив напротив стола стул, он выглянул в коридор и не глядя махнул рукой первой женщине в очереди.

Одутловатое красное лицо со следами вчерашнего макияжа. Синяя куртка на синтепоне, ношеные замшевые сапоги и мутный взгляд — на что там смотреть? Всё же понятно: мать-одиночка, в себя не вкладывает, двое детей. Много денег не слупишь.

— Ой! У меня такое горе, такое горе, — затараторила она, оказавшись в номере. — Вы себе не представляете. Вы, говорят, Наташе помогли, так может и мне поможете? Меня Светой зовут.

— Муж? — уточнил Валера.

— Он самый.

Вернуть бы мне его, а?

— А какого из трёх? Первый умер, если не ошибаюсь, двенадцать лет назад, второй перестал платить алименты и живёт с другой семьёй, третий...третьего что ли вернуть? Так он вас бил…

Женщина буквально остолбенела. Она явно не ожидала такой осведомленности.

— Да вы садитесь, — Валера указал ей на стул и обратился уже непосредственно к призрачным родственникам, маячившим у неё за спиной, к официальной, так сказать, крёстной силе.