Без образа и подобия

Кажется, все уже обговорили: свое согласие я дал, Звенислав назначил срок проведения ритуала — чего еще надо? Однако вампир отослал подбежавшую служанку и завел разговор на иную, неожиданную тему:

— Ты сегодня трех мохнатых бил?

— Они насиловали Шелковую Шубку. — Быстро слухи расходятся, ничего не скажешь. — К чему такой интерес?

— Один из них умер.

— О.

Никакой вины я за собой не чувствовал. Умер и умер. Но вряд ли Харальд пришел только для того, чтобы сообщить эту новость. Я с сожалением отставил в сторону чашку с чаем и приготовился слушать.

— Один из них умер. — Харальд не дождался никакой реакции и продолжил рассказывать. — Вожак стаи пришел к Звениславу и потребовал виры за кровь.

— Ты хочешь сказать, оборотни напали на защищаемых мастером города кицуне, получили по зубам и прибежали к нему же жаловаться? Это наглость или глупость?

— Ни то, ни другое. Все по обычаю.

Если бы ты изувечил волчат так, что они на ноги встать не смогли лет десять, тебе никто бы слова не сказал. Они пролили кровь — значит, с ними можно поступить так же.

Однако ты забрал жизнь — пусть случайно, но забрал, — следовательно, по закону должен заплатить виру. Шелковая Шубка ведь осталась жива, так? Конечно, вожак заплатит Звениславу свою виру: он напал на слугу мастера города, однако он полагает, что и ты должен заплатить за жизнь его родича.

Правда, вожак считает тебя пьющим кровь, потому и пришел не сюда, а к мастеру. Понимаешь, у него нет выбора. Он обязан показать членам своей стаи, что заботится о них, готов их защищать, иначе стая распадется.

Вожак не глуп, со Звениславом связываться у него желания нет.

— У меня тоже нет желания оплачивать последствия чужой подлости.

— Тогда дерись. Ты пойми, — попытался втолковать Харальд. — Стая из города уйдет в любом случае, мастера вампиров во врагах имея, здесь им места нет. Но — если она уйдет, с долгами не разобравшись, рано или поздно проявятся последствия. Как в лесу волки между собой пусть грызутся, а на лося вместе идут, так и оборотни.

У стаи есть родичи, друзья, хорошие знакомые, которые при случае захотят отомстить или просто попробовать на клык того типа, который мальца убил. Пока ты в Санкт-Петербурге, тебя не тронут, но ты ж не вечно здесь сиднем сидеть будешь.

Ты можешь сказать, что невиновен, и тогда придется драться с вожаком. Если одолеешь — правда за тобой, по законам лохматых победитель чист, все претензии к нему снимаются. Даже отец и мать убитого не имеют права мстить.