Без образа и подобия

Я слегка сжал пальцы, пока не захрустела зажатая в них кисть, затем осторожно пнул ногой. Тело подлетело в воздух и упало рядом с ошарашенными подельниками, с хрипом согнулось и застыло в позе эмбриона. Кажется, слегка не рассчитал.

— Уходите.

Парочка подхватила своего товарища со снега и резво потащила его куда-то за угол, попутно крича «ты за это ответишь», «ментов натравим» и прочие глупости, выкрикиваемые в таких случаях. Избитый парень зашевелился, посмотрел на меня одним глазом, — второй заплыл и представлял собой узенькую щелочку, — сплюнул кровь с разбитых губ и прохрипел:

— Спасибо.

Я поднял его за ворот и в таком положении занес в дверь, где сдал на руки пробегавшему мимо кицуне в поварском фартуке:

— Покажи ему, где можно умыться и привести себя в порядок.

Когда я уже заканчивал завтрак, рядом подсели Белый Хвост и Чистый Родник. Оба выглядели усталыми и измотанными, но странно довольными. С девушкой мы не виделись с момента приезда в Питер: дела клана отнимали все ее время. Странно, что Чистый Родник не получила приглашения на встречу с мастером города, она ведь считается наследницей клана.

И, к слову сказать, выглядела совсем не той усталой замарашкой, которую я доставил в Хабаровск. Гордая осанка, сложная прическа, искусно наложенный макияж, — уловил запах дорогой косметики, — на узком лице с тонкими породистыми чертами, светло-голубое платье с длинным разрезом и короткими рукавами. Карие, как у бабушки, глаза смотрели властно и строго.

— Вечером приедут монтажники, установят камеры наблюдения.

Необычного смертного вы подобрали, господин Максим.

— Чем же он необычен?

— Его избивали товарищи из клуба карате. На местных соревнованиях тренер приказал ему проиграть любимому ученику, а парень отказался. Турнир он выиграл, но из клуба его выкинули.

— Конфликт учителя и ученика? Кажется, в китайской культуре часто встречающийся мотив?

— Довольно часто, — кивнул Белый Хвост. — Наставник учит так, как сочтет нужным, и тому, чему сочтет нужным. Ученик же подчиняется ему во всем, становится глиной в руках мастера.

Для Запада характерен конфликт между долгом и честью, или чувствами, на востоке предпочитают описывать столкновение долга и долга. Верность учителю и верность господину, например.

— И как вы относитесь к выбору этого юноши?

— Никак. — Кицуне пожал плечами. — Слишком сложно судить, не зная всей ситуации в целом. Поговорим, когда его слегка подлатают.

— Шелковая Шубка ухаживает за красивым мальчиком, — фыркнула Чистый Родник.