Новая Искра.

— Давно не виделись, родненький!

Полная крепкая женщина с красивыми васильковыми глазами и пышной копной вороных волос заключила меня в мягкие объятия.

— Приветствую, Алевтина Петровна, — я с радостью прижал к себе эту мать героиню.

Троих детей без мужа воспитала и поставила на ноги. Сына она, правда, в военные не пустила, хоть тот и рвался пойти по стопам отца, но женщина твёрдо заявила, что не собирается терять единственного мужчину в семье, так же, как и мужа. И я её не мог упрекнуть в этом решении.

Она стала работать при мне сразу после института, когда мне дали должность командира и личный кабинет. Не будь у меня уже тогда жены, сделал бы предложение Алевтине. Бойкая, смышлёная, схватывала науку секретариата на лету. А уж, как она кружила головы мужчинам... Страшно вспомнить.

У неё был шанс пойти на повышение и стать начальницей всего нашего секретариата, но она решила остаться подле меня. Даже после моего ухода в отставку, она продолжала работать тут на случай моего возвращения.

И эти возвращения были, не раз и не два. Одно время я просто поселился на базе, тренируя новый командирский состав. Я тогда получал от неё очень хорошую поддержку, не только моральную, но и продовольственную. Она всегда оставалась моей верной подругой и соратницей.

Алевтина звонко чмокнула меня в щёку, стёрла большим пальцем помаду, ярко рассмеялась и внимательно изучила моё лицо.

— Совсем не меняешься, Серёжа. Словно не постарел не на день.

— А ты только хорошеешь, Аля, — заметил я, улыбаясь.

— Подхалим. Слышала — опять прорыв? — обеспокоенно уточнила она.

— Ага, он самый, будь оно не ладно. Ещё и с Лёхой такое приключилось...

— Сама была в шоке. Я тебе доклады, как обычно на стол положила. Просмотри потом.

— Обязательно. Прикрою эту потустороннюю лавочку и пролистаю, чего там накопилось за последние три года.

— Не так, чтобы много, — заметила она. — Но ознакомиться рекомендую настоятельно. Мне очень не понравились некоторые тенденции, происходящие в последние полгода.

Но, это позже, тебе собираться надо.

Алевтина отпустила меня из объятий и вернулась к своему безупречно чистому столу. С бумажными докладами она разбиралась в мгновение ока, переводя всё в удобный электронный вид, и заносила в базу. Однако по старым законам копии бумажных отчётов всё равно ложились на мой стол. Мне оставалось их лишь просмотреть. Иногда заверить.

Я зашёл в свой кабинет. Ничего здесь не изменилось.