Наследник, которому по...

- И как ты это только всё придумал…

- Не спрашивай и мне не придётся врать, - ответил я, пробуя какие-то боевые стойки, глядя в зеркало и по всякому выгибая руки, ища наиболее впечатляющие позы.

- Да уж, вижу в этом ты мастер, - вздохнул Степан.

- Ради нас обоих стараюсь, - вновь ответил я, затем попросил, - Ну ка, оцени, как тебе такая стойка, я её назвал - “Орел расправил крылья и пикирует на добычу”.

- Вообще-то, когда орел пикирует, он крылья складывает, - вновь, явно из вредности, возразил мне бурят.

- Да кого это волнует, - махнул я рукой, - главное эффект!

Глава 7

Появившись на пороге школы я заметил странные взгляды, что на меня бросали отдельные ученики. Преимущественно со значками аристо на воротнике. Некоторых я помнил по вечеру у Стуковых, некоторых нет, но, похоже, слухи, о моей победе над Сюзанной разлетелись широко.

- Дрейк Ричардович, - один из старшеклассников, сурово просеивающий взглядом мелкоту в фойе, увидев меня расплылся в улыбке и предложил, - давайте помогу с верхней одеждой.

Оглядев скучивщуюся у гардероба и вяло перепихивающуюся за право первоочередной сдачи куртки толпу, на которую то и дело рявкала суровая гардеробщица тётя Глафира старшая прапорщица в отставке воздушно-десантных войск, я милостиво кивнул, скидывая кожаное пальто от модного дома “Дон Саркисян”, ему на услужливо подставленные руки, - Будь так любезен.

С моей курткой в руках, тот решительно, словно атомный ледокол во льды, врубился в брызнувших во все стороны младшеклассников, не забывая посмевшим возмутиться, отвешивать леща крепкой лопатообразной ладонью.

Прошло секунд двадцать, не больше, как взамен куртки, в моей ладони оказался гардеробный номерок.

- Пожалте, Дрейк Ричардович, - с легким поклоном произнес старшак.

Я посмотрел на минимум двухметрового бугая, что замер словно ожидая чего-то в ответ, усмехнулся, ответил, - Благодарю, жаль, не знаю вашего имени.

- Николя Валуа, - тут же охотно произнёс тот.

“Француз, ёп-та, - хмыкнул я, про себя, - а по лицу и не скажешь. Ещё одна жертва родителей, навроде нашего Такаюки?”.

- Что ж, - ответил ему вслух, - я запомню.

Поднявшись в класс, я вновь занял место у окна, вглядываясь в тянущийся до горизонта лес. Я уже и не помнил, когда в прошлом мире мне удавалось вот так сидеть и смотреть на дикую и почти не тронутую природу, а не ломать голову над очередной проблемой государственного масштаба.