Наследник, которому по...

Чёрный седан, принадлежавший роду, стоило мне лёгким движением руки захлопнуть дверь, стронулся с места, плавно и величаво, чуть покачивая выпуклыми крыльями на лежачих полицейских, проехал к выезду с парковки и, набрав скорость, скрылся из вида, оставив меня в одиночестве перед гостеприимно распахнутыми воротам.

Сходу лезть в тёплые объятия школы мне не хотелось, и я задумчиво огляделся.

В этот момент, на парковке, чуть в стороне, привлекая моё внимание, притормозил ещё один недешёвый автомобиль представительского класса: “Иж Панамера”, тёмно-вишнёвый, в кузове “Комби”, собственно её так и называли - Иж Панамера-Комби.

Автомобили я любил и неплохо в них разбирался, поэтому сразу, по форме воздухозаборника на капоте определил, что это модификация ИДС БТС с четырёхлитровым ЗМЗ-7000 на четыреста шестьдесят лошадиных сил. ИДС расшифровывалось как Иж Двойного Сцепления и обозначало их собственную автоматическую коробку передач, а БТС было не более чем понтами, якобы обозначающими область применения - Большой Туристический Спортивный.

В моём представлении, правда, автомобиль никак не ассоциировался с бородатыми туристами в сапогах и рюкзаках, что любят песни под гитару, ночуют в палатках и разогревают на костре банки гречки с тушенкой. Впрочем, может я просто неправильно себе представляю туристов?

Не успел я задуматься, кого из отпрысков благородных родов на нём привезли, как задняя дверь Панамеры плавно распахнулась и на асфальт из тёмной глубины салона уверенно ступила точёная ножка в туфлях из последней модной коллекции Зверева и бежевых колготках.

Фирму колготок я не узнал, но предположил, что это что-то из премиального сегмента типа тех же “Космо”, пихающих свой рекламный лозунг везде и всюду. Как сейчас помню: - “Натяни на ножки “Космо”, Ножки сразу станут космос!”.

Вслед за первой туфлёй от Зверева, появилась вторая точно такая же, но уже не левая, а правая.

За ножками из машины последовала и вся остальная незнакомка, и прежде чем увидеть лицо, я отметил ладно сидящую на ней форму, вот только, почему-то отличающуюся от формы “Последнего Пути”.

А затем, из полумрака вынырнуло и лицо незнакомки, оказавшееся очень знакомым.

Это была Сюзанна Крылова собственной персоной. Болдарка восемнадцати лет, старшая дочь главы рода Крыловых, когда-то совращённая этим телом и совсем недавно побеждённая мною же.