Наследник, которому по...

- Всё равно пойду к директору, - упрямо наклонив голову, не терпящим возражений голосом произнёс Готлиб, - но сначала схожу в медпункт, побои снять, чтобы были доказательства.

- Сходи, - индифферентно произнёс я, заложив руки за спину, - познакомишься с нашей медсестрой.

- Красивая? - несколько воодушивился тот.

- Сиськи большие, - дипломатично ответил я.

- Самое главное, - Курашов даже хлопнул меня по плечу, от избытка чувств, уточнил, - а жопа?

- Тоже большая.

- Вообще шикарно, - боль окончательно отошла на задний план и обычное слегка высокомерное выражение вновь проступило на лице парня.

Но это до медпункта, не дальше.

Испытывал ли я удовлетворение, от того, что не сообщил ему нюанс относительно медсестры? Пожалуй нет. Как и любые другие эмоции. Мне было просто пофиг. Я, в конце-концов, не бесплатная справочная. Если он перевёлся в нашу школу, то должен был хотя бы разузнать немного местную обстановку. Но раз нет, значит нет. Ничто не учит лучше, чем собственный негативный опыт.

Сколько шишек я набил в своей прошлой жизни, не сосчитать. Зато теперь на те же грабли не наступаю, по возможности.

К тому же, по доброте душевной поможешь кому-нибудь один раз, так ведь этот подлец тут же решит, что теперь ты ему обязан помогать всегда. А когда пошлёшь, непременно обидится и будет подлецом называть уже тебя. Прав был тот неизвестный афорист, который сказал, что добро никогда не остаётся безнаказанным. Так что лучше никому не помогать, тогда плохого слова про тебя сказать тоже будет некому.

Сквозь толпу медленно и величаво к нам прошествовал вернувшийся Николя и, склонившись к моему уху, негромко пояснил:

- Говорят, на курсы повышения квалификации преподавателя литературы провожают, решили торжественно.

- И сколько эти курсы идут? - уточнил я.

- Если только квалификацию подтвердить, то полгода, а если повысить, то можно и на трёшку загреметь, но это только если на высшую категорию педагога в образовании идти.

Тут громко зазвонили в рельсу и на небольшое возвышение вышел Григорий Борисович - директор школы, собственной персоной. Рядом с ним, скромно потупив глазки, стоял и сам виновник торжества, уже облачённый в праздничную казённую робу.

Голову учителя литературы украшала форменная кепка, в руках он держал командировочный набор из полушерстяного одеяла, железной кружки и ложки, а также командировочное удостоверение, в простонародье - об..ебон.