Черное с белым не берите

Весной. Тракториста для вспашки найдете сами. Здесь это не проблема.

Марина прикусила губу. Действительно, они здорово попали – у всех членов школьного коллектива от технички до директора было из чего варить себе щи. Погреба, чай, были полны. У всех – кроме них двоих.

«Ладно, как-нибудь перетерплю, – решила Марина. – Тарелка супа и для меня найдется – в школьной столовой. Ну похудею, ну сброшу килограммов с десяток – не критично, пока есть вода и есть, на чем ее кипятить.

Хорошо, что стройматериалами я запаслась, и что глина здесь тощая – много песка не потребуется на замешивание... И дрова пока еще остались, колоть не надо…»

Каждое полешко она распиливала на два – топка в круглой, оббитой металлом печи, была небольшой. Кстати, Нелька согласилась перебраться из «душегубки» к ней – вдвоем было теплее, да и топить печку при раскрытой двери в холодную пору года, когда придя с работы желанного тепла не предвиделось еще по крайней мере целых два часа – удовольствие не для слабонервных.

Особенно для той из девчонок, кто вырос в газифицированном селе. А Нелька была именно из такого.

«Настоящих дров», то есть целую машину стволов трехметровой длины, им привезли одними из первых, чуть только дороги подмерзли и начался сезон доставки. Марина с тоской глянула на это богатство – стволы требовалось распилить на чурбачки, а затем переколоть. Причем если переколоть можно было и потом, в процессе, то распилить – наоборот, то есть побыстрее.

Расспросив в учительской, сколько в Константиновке берут за такую услугу, Марина потащилась к директору школы.

– Я могу занять необходимую сумму, – сказал директор. – Отдадите с зарплаты. А бензопилы здесь у половины мужиков есть. Походите по соседям, наверняка кто-нибудь захочет подзаработать.

Суммы, выданной ей директором, хватило на распилку ровно половины привезенных кубометров, поскольку Марина попросила нарезать ей чурбачки длиной в 30-35 см, что увеличивало расход бензина на каждый ствол ровно в два раза.

Но это было не трагично и не проблематично. Чуть залетали «белые мухи», Марина с Нелькой перекатали чурбачки под крышу в дровяной сарай и кололи их по очереди – то есть пока у них хватало сил, и они не ослабели от голода настолько, что еле таскали ноги.