Черное с белым не берите

И хотя оба учащихся с возмущением открещивались от обвинений в таком коварстве, однако шутки с внезапным отключением школьного компьютерного класса все же прекратились.

Что же касается Нелькиного ноутбука, то программы в нем были автономными, то есть в подключении к Интернету они не нуждались и работали абсолютно независимо. И это было огромным плюсом! Тем более, что Интернет в учительский домик проведен не был, и никакие обновления программ туда не поступали. Из минусов было то, что эмейл также не работал, но этой беде можно было помочь, заведя соответствующую личную страничку через школьный компьютер.

В общем, со школьным кружком дело двигалось понемножку. Обучая детишек, то есть готовясь к занятиям, Марина обучалась сама., и к концу второй четверти она уже уверенно освоила не только масштабирование, но и эффект Кена Бернса, то есть постепенное приближение и удаление какой-либо части изображения. Естественно, и ученики освоили это вместе с ней. И когда она показала ребятишкам, как на их слайд-шоу можно наложить музыку, то и вовсе некоторые из них посчитали, что это именно то, для чего им нужны компьютеры.

А после Нового года Марина внезапно обнаружила, что постоянно находившийся в кармане ее куртки заколдованный 25-рублевик куда-то пропал. Просто исчез, словно его там никогда и не было. Исчез вместе с карточкой, в которую был вставлен и кошельком. И, странно, но обнаружив это, Марина вместо того, чтобы ощутить радость или облегчение, почувствовала лишь беспокойство.

Она испугалась, что опасный сувенир мог попасть в чужие руки, и что кто-то другой, менее осторожный, чем она, начнет высказывать желания, от которых могут пострадать близкие ему люди или просто окружающие.

Проворочавшись целую ночь сбоку на бок, Марина решилась позвонить Янеку, чей телефонный номер с некоторых пор у нее был.

– Привет, Янек! – сказала она. – Это Марина. Ты меня еще не забыл?

– Я тебя никогда не забываю, – отвечал тот. – У тебя проблемы?

– Не совсем, – сказала Марина.

– Ты давно видел свою монету? Ну, ту самую? Которую невозможно потерять?

– Давно, – после паузы проговорил Янек. – А что?

– Моей при мне больше нет. Вообще нет. Нигде. А как у тебя?

– Сейчас гляну… Моя тоже бесследно испарилась. Ты хочешь знать, радоваться тебе или огорчаться?

Марина вздохнула.

– Мне немножко боязно, – призналась она. – Я как-то уже привыкла чувствовать себя словно под присмотром.