Черное с белым не берите

Да и откуда бы было взяться той публике, если даже афиши были расклеены в городе всего за пару часов до концерта, и никакой рекламы – за рекламу надо было, как оказалось, платить отдельно, причем много.

– В общем, система был рассчитана на то, чтобы стричь таких наивных пацанов, как мы, а затем выкидывать за ненадобностью, – пояснил Михайло. – В США иностранными группами вообще не интересуются, им крепко вбивается в черепушку, что единственная ценность в мире – это американская культура, ее и продвигают на всех уровнях.

– Может, стоило перевести наши тексты на английский язык? – спросил Крокодил осторожно.

– Переводили и пробовали петь, но тоже без толку. Наши англоязычные тексты вообще никто не понимал – то есть вообще никто. Мы же поначалу переводили дословно, и с точки зрения америкосов это был полный бред. То есть полная бессмыслица. А мы же не знали, мы думали передать как можно точнее все обороты речи, все подтексты, и выкладывались по полной, подражая их кумирам.

– Угу, чуть голоса не сорвали, так хрипели и сипели.

– Надо было сразу вернуться, – сказал Янек, изображая безмятежность.

– Вернуться? – изумился Михайло. – Мы же тебе полчаса уже толкуем, что там система такая: выдаивать полностью, пока в окончательное отчаяние не придешь! Они же все время держат в состоянии «еще чуть-чуть». Сначала одного якобы не хватает, потом другого. А потом уже денег нет на обратные билеты. Да и стыдно возвращаться было, не солоно хлебавши.

– Вы же писали оттуда совершенно иное.

– Угу. Как и все остальные из эмигрантов.

А жили на пособие, которое там тогда нам давали как новичкам. Ну то есть что значит «жили»? – скорее существовали. Благо в Калифорнии тепло, и много на обогрев и шамовку не требовалось. А потом мы как-то приспособились – играли в кабаках для туристов и наших эмигрантов.

– То есть, все-таки играли, – сделал вывод Крокодил.

– Как ни странно, но да, играли. «Ностальжи» в нашей среде пользовался популярностью, и нас слушали в числе прочих. Но надоело – ужас!

– Угу, – поддержал друга Стас.

– И однажды мы решили, что пока еще не поздно, то есть нас не забыли окончательно, то надо вернуться в Россию и попытаться раскрутиться здесь по новой.

– Думаете, получиться? – деловито поинтересовался Крокодил, кинув быстрый взгляд в сторону Янека.

– Здесь тоже пробиваться – не вот с распростертыми объятиями примут, – поддакнул тот.

– Ничего, мы в США через такое прошли – закаленными стали, аж самим страшно. За любую лазейку способны зацепиться.