В поисках призрачного района

Расчувствовавшись, я даже разлила стакан с водой и уронила вилку, с громким звоном упавшую на пол. Пока я ее поднимала, Вера не сводила с меня глаз. Могу поспорить, что во мне она сейчас видела какую-то неадекватную фанатку. И на это я совсем не обижалась, потому что сама думала о Вере ничуть не лучше. Поэтому я не стала объяснять, что помимо того, чтобы сохранить работу, мне еще важно утереть нос бывшей подруге. Мы молча доели свой ужин и через пять минут расстались.

Вера, без сомнения, продолжала меня мысленно осуждать.

На мгновение я поставила себя на ее место: какая-то рыжая журналистка в футболке с надписью: «Смотрю прямо, дышу ровно, вру честно» готова рискнуть жизнью ради какой-то работы. А потом я вернулась на свое место и вновь в памяти возродился нечеловеческий Верин взгляд.

И признаюсь, я не боялась призрачного района. Куда страшнее было общаться с Верой, которая в любой момент могла бы слететь с катушек. Призраки они ведь нематериальны, а вот моя знакомая очень даже настоящая.

..

Возвращаясь в номер, я почему-то ждала, что Тоши и Таши внутри не окажется. Я практически не сомневалась в том, что они снова сбежали и мне придется бегать по гостинице, чтобы их найти. Однако я ошиблась. Утомленные сегодняшним приключением, дети лежали поперек кровати и спали, а между ними мирно покоились мой ноутбук и камера.

Павел и Дмитрий еще не пришли и, чтобы не сидеть сложа руки, я решила заняться проявкой пленки. А так как это занятие очень кропотливое и за ним порой не замечаешь времени, сверившись с часами, я обнаружила, что уже далеко за полночь.

Парни так и не пришли, но я решила не отчаиваться, ведь всякое могло случиться: внезапная простуда или у них просто могли поменяться планы. У братьев ведь не было номера моего телефона, и они просто не смогли сообщить, что прийти не получится.

– Не беда! – твердо сказала я себе и, закончив с проявкой пленки, не в силах посмотреть, что из всего этого получилось, пошла спать на диван.

Впрочем, настоящее разочарование меня постигло утром в кафе, когда мне сказали, что официантка, которой я вчера передавала записку, у них не работает. И не просто: «не работает!», а «давно не работает!»

– Как это? – не поверила я своим ушам, когда мне эту новость сообщил бармен. – Я ее вчера вечером около шести видела.

– Но этого не может быть, – покачал головой парень, к которому я обратилась, не найдя свободных официантов, готовых поболтать.